Онлайн-библиотека книг
Опять начала ныть, что я ее не зову в свою квартиру, что мы никуда не ходим, что я мог бы и повнимательнее к ней быть…Я потерпел еще пару дней и сказал красотке «пока-пока». Даже фееричный секс с демонстрацией всех полученных навыков не стоил того, чтобы мне выносили мозг. Не люблю я этого.
– А мы слышали, у тебя кто-то новый появился, – дурашливо заулыбался Костян. – Говорят, ты на вписке недавно ботаничку какую-то оприходовал. Пожалел что ли, Царь? Или так приперло, что пофиг было, кто?
Стас нахмурился. У него тогда тоже были какие-то виды на малышку.
– Ты как баба, Костян, – ушел я от ответа, – лишь бы попи… посплетничать, – исправился я, видя, что к нашей курилке подходит Марго. Мама мне с детства вбила, что при женщинах не ругаются. И я почему-то следовал этому правилу, даже если сами девочки крыли матом так, что уши вяли.
Марго качнула аппетитным бедром, привлекла наши взгляды, а потом с удовольствием подставила губы для поцелуя Сане.
– О чем болтаете, мальчики?
– Да вот говорим, что Царь недавно какую-то заучку натянул, – с удовольствием сдал меня Костян. – Красивые в нашей шараге кончились, так его теперь на умных потянуло!
И заржал, дико довольный собственной шуткой. Мы со Стасом синхронно поморщились. Вот же дебил.
– Это Кристина из ЛМ-101? – проявила вдруг удивительную осведомленность Марго.
Я нехотя кивнул. Не универ, а проходной двор. Все всё про всех знают. Ты только подумал, чтоб в трусы кому-нибудь заглянуть, а вся группа уже в курсе. Бесит!
– Говоришь, натянул? – прищурилась девушка, и мой позвоночник захолодел от нехорошего предчувствия. – А у меня вот другая информация.
– Какая? – встрепенулся Саня, почуяв жареное.
– Не дала эта заучка Царю, вот что! – торжествующе объявила эта стерва. И откуда только узнала?!
– Да ладно? Кир, в натуре?"
"– Марго, гонишь! Царю все дают.
И они загоготали.
Блин.
– Инфа сотка! – Марго уже злилась. – Девчонка из ее группы сказала,. Передай, говорит, чтобы Царь не задирал нос, есть типа и те, кого он не смог в койку завалить.
Все вопросительно уставились на меня. Врать в этой ситуации было бессмысленно, но и правду следовало преподнести в каком-то удобном для меня виде.
