Я вряд ли выгляжу лучше красноглазой бледно-зеленой Алсу с размазанной косметикой. Даже зеркальце доставать не буду. Мне моя психика еще дорога.
Однако ж, гостья. Надо проявить гостеприимство.
Сам пропадай, а друга выручай. И все такое. Сейчас бы Юдин прошелся по моей тяге к фольклору.
Со стонами я опять свешиваюсь с кровати и, перебирая руками двигаюсь к цели, закономерно сползая с постели. Ничего, сейчас доползу, выпью водички и дальше как-нибудь до ванной доберусь.
После воды становится легче ненадолго, поэтому передав бутылку второй страдалице, я совершаю героическое усилие и встаю на ноги.
Это я, конечно, зря поторопилась. Ведет меня не по-детски. На четвереньках было бы надежнее. Не успеваю предупредить об этом Алсу, которая вдохновившись моим примером, дерзко встает с постели, покачивается и поскользнувшись на шкуре, расстеленной с ее стороны кровати, со звучным шлепком плюхается на задницу.
Я даже посмеяться не могу.
Все, чего я сейчас хочу: задвинуть шторы, принять аспирину и, обнявшись с бутылкой холодной воды, забиться куда-нибудь, где тихо.
Но в мире нет справедливости. Звонит домофон. И так как я никого не жду, я бы с удовольствием проигнорировала, но нудный пиликающий звук бесит. Как невовремя починили домофон.
– Это Марат, – сипит Алсу.
– С чего ты взяла? – я все еще надеюсь, что звонящему надоест, и он уйдет с миром, и мне не надо будет спешить к двери.
– Я ему перед сном сбросила, чтоб забрал. Я за руль в таком состоянии не сяду.
Проглатываю вопрос, почему просто не вызвать такси.
Собственно, кто к чему привык.
У нее есть брат, и она привыкла, что он ее заберет.
И тут на меня накатывает страшное подозрение:
– А мы, что? На твоей машине приехали?
– Не, – морщится Алсу. – Мы были в слюни. Машина на парковке «Амандины». Должна быть. Мы пешком пошли.
Охренеть! Пешком от «Амандины» до моего дома! Два района! Ясно, отчего у меня ноги болят.
– А зачем? – тупо спрашиваю я.
– Проветриться? – неуверенно отвечает Алсу. – Открой ему, а?
Тяжко вздохнув, я по стеночке бреду в прихожую.
Впускаю «носильщика» и, прижавшись лбом к косяку, жду, когда товарищ преодолеет вертикальное расстояние.
Вышедший из лифта Марат, увидев меня, начинает ржать.
– Ты еще сестру не видел, – ворчу я. – Оно там.
Я указываю вглубь квартиры, понимая, что я пока не готова отлепиться от полюбившегося косяка. Хорошо стою. Надежно.
Хмыкнув, Каримов, разувшись в коридоре, пошел на запах. Ну это я так думаю.
Домофон начинает трезвонить опять.
