Недотрога и негодяй

И, кажется, его тоже считают моим любовником.

У следователя создастся впечатление, что я развратная, коварная и жестокая. Готовая на все, ради того, чтобы удержать босса рядом с собой. Ничего хорошего обо мне никто не скажет.

Мне стало страшно. Что со мной будет?

Присутствующие расступились, давая нам дорогу. Я шла к выходу по живому коридору. На меня смотрели, как на преступницу. Видимо, большинство уже вынесли вердикт «Виновна». Да, после такого не отмоешься. И вообще неизвестно, чем все для меня может закончиться.

Надеюсь, адвокат у Марка опытный.

 Вечерний ветер коснулся моего лица. Освежил. Я немного приободрилась. Ничего, все должно выясниться. Адвокат мне поможет. Или нет? Мрачные мысли снова окутали меня плотной пеленой.

Полицейский распахнул передо мной дверцу автомобиля. Села на заднее сиденье. Рядом со мной расположился сотрудник полиции. Видимо, чтобы я не убежала. В груди противно ныло, и было холодно. Ладони покрылись испариной. Как же все паршиво для меня складывается.

А если меня задержат на несколько дней? Сидеть в КПЗ или в тюрьме? Это же ужасно. И неизвестно, кто будут соседи по камере. Наверняка настоящие уголовницы. Они со мной церемониться не станут. Уже от одного этого волосы на голове шевелились.

Или меня не могут поместить в общую камеру? О чем я вообще думаю? Я же невиновна. Только как это доказать, если Ольга во всеуслышание объявила, что я хотела убить ее?

Что подумают родители, когда узнают обо всем? У мамы будет сердечный приступ.

Из школы родителям придется увольняться. И из города уехать от стыда. Он же у нас маленький, все друг друга знают. А тут дочь учителей – отравительница и злодейка! Пыталась убить соперницу из ревности. Позор!

В кабинете следователя было душно. Кондиционер не работал, окно распахнуто. Теплый воздух с улицы не приносил прохладу. За окном решетка из прочных прутьев. Как в тюрьме.

Оперативник долго заполнял мои анкетные данные. Задавал массу незначительных вопросов, уточнял какие-то детали – где училась, как часто меняла место жительства.

Может, думает, что я в бегах? С подозрением покрутил в руках мой паспорт. Или мне это все казалось от волнения и страха?

Потом сняли отпечатки пальцев. Руки измазали в черной мастике. Я так до конца и не смогла оттереть ее салфеткой.

- Будете ждать адвоката? – спросил оперативник.

- Нет, - мне стало все равно. Апатия накрыла меня с головой. – Можете задавать ваши вопросы.

- Тогда начнем потихоньку.