Как я могла не верить их словам?
Рей иногда посматривал на меня испытующе и пока не спешил раскрывать свои ближайшие планы. Больше говорил о мамутах и своей родной планете и о планах на дальнюю перспективу. Это мне тоже было интересно, поэтому я слушала его очень внимательно."
"Я вообще полюбила его слушать. Его голос звучал немного по-особенному, когда он увлекался рассказом. Так низко и проникновенно, что я каждый раз дико возбуждалась от одной его чувственной хрипотцы. Он любил, когда я пристраивалась рядом, укладывал мою голову на свои колени и нежно перебирал мои короткие волнистые пряди с дико довольным видом.
А я смотрела в его теплые ореховые радужки и тихо млела от нежности, затапливающей их в эти моменты.
В такие минуты мне в голову приходили странные неожиданные мысли. Например, что Рей будет замечательным отцом и как бы трогательно он смотрелся в обнимку с маленькой дочкой, которую будет баловать не хуже настоящей принцессы. А вот Солтан мне виделся играющим с ватагой мальчишек в футбол. Почему так, сама не знаю.
Ларда мое воображение помещало рядом с детской кроваткой, где суровый капитан читал сказку на ночь двум озорным кудрявым малышам.
Я немного пугалась этих своих фантазий. А еще того, что мой статус все еще был неопределен. Я все еще находилась в подвешенном положении. Ни имени, ни документов нормальных. Я словно попала под перекрестный огонь. Двойная угроза и выхода не видно. Надеюсь, Рей знает, что делать.
И он скоро мне доказал, что у него все под контролем. Просто в один из вечеров, когда мы собрались все четверо в гостиной, мужчины меня, наконец, посвятили в их план.
Теону обвиняли по серьезной статье и будь я она, мне бы грозило длительное заключение или принудительная работа в одном из государственных пунктов разрядки для тех высших, что еще не обзавелись постоянной парой. Простыми словами, узаконенная форма борделя, где заключенных женщин заставляли делиться энергией постоянно с разными партнерами.
Кажется я побледнела от такой перспективы, на что Рей угрюмо взглянул в сторону Лардана, рассказывающего все это.
— Я же просил без подробностей, — буркнул он недовольно, прижимая меня к себе.
— Ей нужно это знать, — непреклонно заявил капитан и продолжил объяснения.
Выходило, что оставаться Теоной мне нельзя. Юристы Рея досконально изучили это дело и дали неутешительную оценку. Доказательства там железные. Даже, если Теона и не совершала этого преступления, она все равно бы не смогла оправдаться, а сейчас и подавно.
