И так мне хочется доказать ему, что я не такая трусика, как он думает, что все сомнения посылаю к черту. Сажусь за ним, и на долю секунды чувствую очередную неловкость, но справляюсь с этим. Обнимаю парня и слышу рев мотора.
— Поехали, детка! – кричит он, срываясь с места. Вцепляюсь в Ника, стараясь не свалиться и зажмуриваюсь. Чувствую, как быстро мы набираем скорость. Сердце бешено стучит, руки леденеют то ли от страха, то ли от холода. Не могу заставить себя открыть глаза. И Исаев словно чувствует это.
— Весь кайф – это когда видишь перед собой дорогу, — доносится до меня громкий голос.
Вот ведь зараза! Специально подначивает меня. И самое паршивое, что это работает. Медленно, как мне кажется, открываю глаза. Фонари и пустая трасса, по которой мы не едем, а летим. Адреналин зашкаливает, кровь в венах кипит. Это непередаваемое ощущение свободы!
Всё меняется, когда впереди я вижу крутой поворот, а прямо по курсу дерево. И Ник движется прямо на него.
— Сворачивай! – кричу ему, но парень не реагирует, — Мы же разобьёмся!
В такой момент вспоминается фраза – жизнь пронеслась перед глазами.
Самое худшее – отчисление? Ничего подобного! Это всё ерунда, по сравнению со смертью. Неужели этот придурок решил нас погубить? Мелькает мысль – спрыгнуть. Но скорость слишком велика.
— Ник, прошу тебя, не надо! – молю, сквозь слёзы, крепко обнимая его спину. Не смотрю больше вперёд, ожидая столкновения. Я такая дура, что согласилась на всё это. Мысленно корю себя, ожидая удара, но мотоцикл резко разворачивается, а затем и вовсе тормозит.
Несколько секунд не могу прийти в себя. Всё закончилось? Пронесло? Исаев же нёсся напролом! Быстро слезаю, пока ему ещё что—нибудь в голову не взбрело. Дрожащими руками снимаю шлем и падаю на землю. Меня всё ещё трясет. Я ведь уже решила, что всё….
Ник быстро оказывается рядом.
— Эй…, — касается моей руки, но я одёргиваю её.
— Ты совсем больной, да? Признайся, что сбежал из психушки. Или тебя выпустили, но ты не принимаешь какие—нибудь таблетки, — бессвязно бормочу я, — Ты ведь ненормальный, — совершенно не узнаю свой голос.
— Чёрт, Лер, я не думал, что ты так испугаешься, — не знаю, как выглядела со стороны, но Ник кажется не на шутку забеспокоился.
— Так – это как?
— Сильно. Прости. Я просто хотел…., — замолкает. Видимо потому, что по моим щекам градом льются слёзы. И парень не знает что делать.
— Угробить нас? Вернее, сделать вид, — смотрю на него со злостью. Вот нет мозгов у этого мажора.
