Нефтяная Венера

Из чёрного запылённого джипа высовывается голова шатенки.

В груди ёкнуло. Испугался, как школьник. Что ей надо? Решила наладить со мной отношения?.. Хитрюга. Хочет квартирку без агентства снять, чтобы комиссионные не платить?.. Мелочёвка какая-то в голову лезет! Про могилу решила разведать… По-тихому, с глазу на глаз. Типа, какие у меня планы по выселению их папаши из нашей фамильной ямы… Если сейчас к ней сяду, придётся как-то общаться… Она меня раскусит, поймёт, что я голозадый отец-одиночка, которого можно безнаказанно поиметь… Нельзя садиться, нельзя…

Пока я обо всём этом думал, шатенка усадила меня рядом с собой.

Я опомнился уже на сиденье, когда блокирующие кнопки на дверях защёлкнулись.

– Куда ехать? И давай на ты… Я Соня…

– Набережная Тараса Шевченко… Я Федя…

– Ой, какая холодная! – смеётся Соня.

Ведёт Соня нервно, постоянно перестраивается из ряда в ряд. Неспокойно ей.

– Ну, когда ты подъехала… Если живёшь в Москве, рано или поздно менты проверят у тебя документы. А я у ментов пользуюсь особым респектом.

Они ради меня на всё готовы, однажды даже троллейбус тормознули.

– Я просто сидел тихонько и смотрел в окошко. А мимо «шаха» ментовская едет. И так их там много набилось, просто полным-полно, и все менты. Видят меня и давай водителю троллейбуса орать: «Стой, стой!»

– Просто так?! Тебя увидели и троллейбус остановили? – сомневается Соня.

– Ну… не совсем просто так… я показал им язык. Такие они смешные были в этой «шахе». Они через громкоговоритель приказали водителю троллейбуса остановиться и такой мне шмон устроили!

Соня расхохоталась.

Кажется, шутка удалась.

– А чем занимаешься?

– Архитектура, дизайн… – Перед глазом маячит пятнышко. Двумя пальцами оттягиваю ресницы, что-то на них налипло.

– Красивые ресницы, – отмечает Соня и входит в опасный поворот, не снизив скорости. Пришлось схватиться за поручень, чтобы не завалиться на неё.

Чёрт, зря я про свою профессию брякнул. Надо было таинственность сохранять. Может, я из ФСБ. Может, у меня в руках рычаги всякие властные, могущественные друзья в чёрных масках и с «калашами»…

Впереди плетётся просевший от груза старый грязный «Москвич» с номером тридцать третьего региона.

Водитель «Москвича», провинциальный бедолага, не знает, куда податься в адском автомобильном потоке. Соня пытается его обогнать, тыкается и так и сяк, мигает «Москвичу» фарами – бесполезно. Наконец мы объезжаем «Москвич». За рулём сидит мужик с вытаращенными от столичного движения глазами.