Это такая глупость, даже странно, что в голову ей пришла! Да, глядя на нее, мне обзавидуются все мужики без исключения, вне зависимости от положения в обществе! Но права была, когда говорила, что нужен был повод, чтобы остаться с ней. Я ведь давал слово, что оставлю в покое через три месяца. Во мне не было уверенности, что наши отношения сколько-нибудь жизнеспособные на отдаленную перспективу. Что сама Алена испытывала ко мне больше, чем принужденная страсть. Я был слишком практичным и рациональным, чтобы действовать сердцем.
И Ира. Да, ее беременность сыграла роль в моем решение оставить все как есть и жить по накатанной.
Телефон, лежавший экраном вниз, пополз по стойке. Я схватил его — вдруг Алена? Нет. Ира. Это первый звонок после нашего расставания. Я решил, что ей нужно время, чтобы начать воспринимать меня более-менее ровно. Поручил адвокатам вести переговоры.
— Да, — ответил на звонок.
— Мы можем поговорить? — услышал тихое.
— Да, конечно, можем. Когда?
— Сейчас. Можешь приехать домой… К нам…
Я посмотрел на часы — поздно для визитов.
— Давай завтра, Ира.
— Пожалуйста, приезжай. Мне нужно тебя увидеть. Пожалуйста… — она говорила тихо и надломлено. Мне стало не по себе. Ире сложнее далось наше расставание. Я не мог допустить, чтобы с ней что-то произошло.
— Приеду.
Я достал ключи и сел в свой новый линкольн. Что-то мне очень пришлись по вкусу американские внедорожники. Три года катался и, вернувшись в Россию, сменил старого немца на крутого американца.
Поднялся наверх, своим ключом открывать не стал, постучал в дверь.
"
"— Заходи, — услышал приглушенный голос. В прихожей был полумрак, только свет из распахнутых дверей в гостиной разгонял густую темноту.
— Ира? — позвал, отметив, что в комнате мерцали свечи.
— Привет… — она вышла из спальни в узких красных трусиках, поясе в тон и туфлях. Пышная грудь ничем не прикрыта, только длинная сверкающая подвеска в ложбинке лежала. Вот, значит, как…
— Ир, — я покачал головой, — не нужно.
— Почему? — подошла ближе, кончиками пальцев подразнивая соски.
— Дим, давай попробуем сначала… — шепнула и рукой взвесила мой пах. — Ты же хочешь…
Да, хочу. Я не импотент. У меня давно не было секса. Ира выглядела сексуально. Только это все совершенно ничего не значило.
— Это стандартная физиологическая реакция, — убрал ее руку. — Не более. Ир, мы разводимся, и никакой секс этого не изменит.
— Но ты ведь еще не сказал родителям, и я решила… — нервно облизнула губы.
— Твой отец завтра прилетает.
