— Дальше дело техники, точно знаю, что девчонка моя! Ух и характерная! — не скрывая восхищения, воскликнул. — Пацана уже успела родить. Видать, судьба у тебя, Дима, с Савицкими жизнь связать!
Я был потрясен. Отец задумчиво жевал губу. А как там Алена?! Для нее это настоящий шок. Получается они сестры с Ирой… Бля, с Алениной мнительностью и тяге к справедливости… Она может сделать такие выводы и принять настолько невыгодные мне решения, что буду послан в такие дремучие ебеня, что дороги назад вовек не отыщу!
— Папа! — психанула Ира.
— Посмотри на меня!
Она заливалась слезами. Герман Львович только скривился."
"— Не реви, как глупая курица! — рявкнул на нее. — Ничего такого не произошло. Ты уже взрослая, все понимаешь. Денег у меня хватит на десяток детей, а ваш мужчина, — бросил красноречивый взгляд на меня, — выбор уже сделал. Разводись и живи, как хочешь, больше донимать не буду.
Ира в сердцах схватила антикварную пепельницу из черного хрусталя и, запустив в стену, выбежала из кабинета.
Я тоже ушел. Мне нужно подумать. Займусь этим по дороге к Алене.
Машина была припаркована у главных ворот, заезжать не стал, чувствовал, что бежать отсюда буду. Я вышел и в углу, в зарослях плюща заметил дрожащую тень. Подошел ближе — Ира. Она жалобно всхлипывала и тряслась от рыданий, забившись в темную нишу. Я подошел. Не смог пройти мимо: как бы ни было, а не чужие мы. Честно признавал, что какой-то особой сакральной связи с Ирой, как женой, не ощущал. Может, и не бывает ее, связи особой? Но я полагал, что поговорка «муж и жена — одна сатана» имеет хоть какую-то реальную основу.
И тем не менее сейчас понимал, что ей хреново и не мог бросить вот так. Ира, как бы ни скрывала, патологически пыталась заслужить одобрение и любовь отца. Она пока не поняла, что любовь родителя к ребенку — она абсолютна, ее нельзя заработать. Она либо есть, либо нет. Я знал, у меня есть ребенок. Даже два. Если Алена позволит, с радостью стану отцом для Кати. Мелкая классная, мы с ней сразу понравились друг другу.
— Ира, — я коснулся ее плеча, — ты как?
Она бросилась мне на грудь и тихо заскулила. Я осторожно прикоснулся к вздрагивающим плечам и мягко оторвал от себя:
— Я отвезу тебя домой.
Она смотрела на меня, хмурилась, взгляд, полный слез, сфокусировать пыталась, затем медленно кивнула. Я повел ее к машине, усадил и даже пристегнул. Ира не разговаривала и смотрела исключительно перед собой, шепча:
— Сестра.
