Диме сына родила, папе долгожданного внука. Откуда ты вообще взялась?! Ненавижу! — Ира практически кричала. Я отступила к выходу. — Ненавижу… — схватилась за угол стены.
— Что с тобой? — я испугалась, когда у нее глаза закатились.
— Мне плохо, — проговорила и сползла по стенке.
— Блин! — я бросилась к ней. Коснулась лба, постучала по щекам, даже пульс проверила. Я не знала, что делать! Куда звонить, кого искать?! — Лика, — набрала подругу, — бегом в женский туалет!
— Да она просто пьяная, — через две минуты констатировала Лика.
В уборную то и дело заходили девушки попудрить нос, но никому и дело не было до женщины в бессознательном состоянии. — Кто она такая? С кем пришла сюда, интересно? — задумалась Лика. — Что с ней делать будем? — на меня посмотрела.
— Не знаю… — протянула, раздумывая над вариантами. Скорая, такси или… Я не могла просто бросить ее, оставив на попечении персонала клуба. Мало ли что… Достала телефон и позвонила Небесному. Муж все-таки. — Привет, приезжай в клуб «Voice» на Оружейном.
Здесь твоей жене не хорошо, — произнесла скороговоркой.
— Не понял… — после непродолжительного молчания проговорил Дима. — Алена, что случилось?
— Приезжай быстрее, — ответила и отключила телефон.
— Ты кому звонила? — поинтересовалась Лика.
— Ее мужу. Диме, — перевела взгляд с Иры на подругу. — Он отец моего Кирюши.
— О-ля-ля, — совсем невесело присвистнула Лика.
Через десять минут я спустилась, чтобы встретить Небесного. Он явно не завсегдатай караоке-клубов.
— Алена, — позвал, когда нетерпеливо перепрыгивала через ступеньки, чтобы скорее покончить с этой неприятной ситуацией.
— Алена, — мягко схватил за локоть и удержал, поднимаясь невыносимо близко, нас разделяла одна ступень и годы боли. — Что произошло?
— Не знаю, — пожала плечами. — Столкнулись в туалете, перебросились оскорблением, потом Ире стало плохо. Она в отключке.
— Ясно. Алкогольная кома, — лаконично бросил. Я удивленно вздернула бровь. — Не умеет пить, — пояснил коротко. — С кем она здесь?
— Я не знаю, поэтому позвонила тебе.
— Алена… — шагнул, ступая на мою ступеньку, возвышаясь могучим Эверестом надо мной.
Невозможно так долго любить…
Любить…
В ушах до сих пор стояли ее слова. Каждая фраза, эмоция, взгляд полны боли, но для меня странным бальзамом на сердце пролились. Да, наверное, я плохой человек, но с соперницами иначе не бывает: что для одной сладкий мед, для другой горькая ягода.
— Пойдем, — шепотом произнесла и помчалась в сторону уборной.
