Неистовый маг

Солдаты недовольно их пропускали, следуя приказу начальства, пускай несколько раз об этом серьезно и пожалели, когда мирно выглядящий эльф резко открывал пасть на животе и вцеплялся ей в голову какому-нибудь бойцу.

Благо только-только переродившиеся мутанты обладали силами сравнимыми с человеческими, поэтому стальные кирасы были вполне эффективны

Подобные гражданские уже давно не фиксировались глазом чернокнижника. Он старался по ним не попасть заклинаниями, но не более. Всех спасти все равно не получится, эту истину он усвоил в этом мире уже давным-давно.

Не смотря на все это, парочка бегущих эльфов намертво приковала его взор.

Возможно, его внимание привлекла красота эльфийки и ее дочери, которая как раз застыла между подростком и девушкой. Все же, не смотря на то, что эльфы были похожи на людей, трудно было не заметить их отличия. Немного другое, в разы более худое строение тела, странно высокие скулы — все это могло оттолкнуть.

Здесь же взрослая эльфийка хоть и обладала довольно экзотической красотой, тем не менее она скорее привлекала.

А может, все дело было в дороговизне их одеяний, которые были еще и грязными, так как они явно не один раз падали в них на землю.

Во всяком случае стоило одной из тварей приблизиться на достаточное расстояние и уже замахнуться, как ее буквально испарило.

Девушка в руках матери вскрикнула, дергая ту за руку.

Женщина медленно подняла испуганные глаза, встретившись взглядом с ухмыляющимся человеком с черепом демона на голове.

— Эй, ученик. Не ведись на эльфийские сиськи. Никогда не понимал, что все эти вельможи в них могут находить. Они же снулые, как рыбы, никакого тебе задора и огня. Лежат, как бревна. Хм, а может поэтому они умеют работать лишь с магией жизни? Деревья к деревьям, кхе-кхе! — старик гадостно закхекал.

Алекс бросил хмурый взгляд на не вовремя влезшего учителя, а затем перевел его на все слышавшую эльфийку. И судя по ее затравленному виду она вполне серьезно начала рассматривать вариант броситься обратно к демонам.

Очередной одержимый рассыпался на горящие куски, перерубленный ленивым взмахом хлыста Вульфса. Старое доброе плетение, которым Алекс пользовался почти с самого начала, претерпело качественный рост.