Неистовый маг

Императору пришлось в срочном порядке начинать попытки снимать служащие на границе легионы, дабы развернуть их уже в сторону своей Империи. Хотя «его» Империи с каждым месяцем становилось все меньше.

Алекс, вспоминая то ленивое выражение Императора и Императрицы, ожидавших от архимага представления, испытывал несравненное чувство удовлетворения.

Надо ли говорить, что это решение не могло остаться без последствий. Многочисленные племена зверолюдей и людей-кочевников на севере и востоке, до этого с упоением резавшие друг друга, увидели почти беззащитные земли Империи.

Конечно, часть легионов все еще стояла на границе, но их было критически мало, чтобы защитить границу на всей протяженности.

Это привело к разграблению многочисленных мелких городков и деревень. Подступаться к крупным городам враги пока боялись. Вот только все сходились во мнении, что только «пока».

Подобная обстановка сказалась самым печальным образом на населении столицы. Многие люди впадали в панику от одной только мысли, что сама Империя может пасть.

Страже был дан четкий приказ расправляться с этими паникерами жестоким образом. Конечно, не убивать, но ломать кости и выбивать зубы было разрешено. Алекс также участвовал в таких карательных акциях. Это не доставляло ему удовольствия, но и сильного неприятия он не испытывал.

Его душа с каждым днем становилась все более черствой из-за всех тех ужасов, которые ему доводилось наблюдать.

Погромы, убийства, воровство и грабеж. Тяжелые времена стали той спичкой, которая зажгла в людях дремавшую ненависть друг к другу. Все самое мерзкое и отвратительное вылезало из потайных складок душ и наводняло улицы.

Столица бурлила, и чернь то и дело выплескивалась на улицы с совершенно сумасшедшими требованиями к Императору, Богам или лордам. Никто не собирался их слушать, но проблема была в том, что они были вооружены.

И если первое время удавалось разогнать такие толпы ударами щитов и кулаков, то в последние месяцы два раза пришлось пускать в ход мечи, оставляя улицы, заполненные кровью и порубленными телами горожан.

Это в худшую сторону изменило отношение к стражникам. Из защитников обычных людей они постепенно превращались в кровавых палачей. От этого в страже тоже зрело недовольство.

Александра раздражало еще и то, что по факту Император сам был виноват в том, что ситуация повернулась именно так.