Неизвестные приключения Шерлока Холмса

Пламя стремительно охватило солому и добралось до непромокаемых плащей, густые клубы черного дыма стали проникать из кладовой в холл замка Арнсуорт, что усугублялось шипением и потрескиванием горящей прорезиненной ткани.

– Святые небеса, Холмс! – воскликнул я, чувствуя, как от дыма слезы катятся по щекам. – Мы же здесь задохнемся!

Его пальцы крепко вцепились мне в руку.

– Потерпите чуть-чуть, – пробормотал он, и в ту же секунду мы услышали топот ног и полный испуга крик:

В этом отчаянном вопле можно было узнать голос Стивена.

– Пожар! – заголосил он снова, и его шаги стали удаляться вдоль по залу.

– Пора! – прошептал Холмс, и, в одно мгновение выскочив из кладовки, мы опрометью бросились в сторону библиотеки. Дверь ее была полуоткрыта, и когда мы ворвались внутрь, старик в истерике барабанил кулаками по старинному камину, даже головы не повернув в нашу сторону.

– Пожар! Замок охвачен огнем! – почти визжал он. – О, мой несчастный хозяин! Боже мой! Как спасти его?

Рука Холмса легла ему на плечо.

– Ведра воды в кладовке окажется вполне достаточно, – сказал он тихо. – Впрочем, все равно будет лучше, если вы попросите его светлость выйти к нам.

Вздрогнув, старик посмотрел на него, его глаза сверкали, а пальцы скривились, как когти хищной птицы.

– Подлый обманщик! – вскричал он. – Я предал хозяина из-за твоего грязного трюка!

– Займитесь-ка им, Уотсон, – попросил Холмс, удерживая старика на расстоянии вытянутой руки. – Ну, будет, будет! Вы – поистине преданный слуга.

– Преданный до гробовой доски, – донесся чей-то слабый шепот.

Я невольно повернулся. Край готического камина отодвинулся в сторону, и в образовавшемся темном проеме показался высокий, худощавый мужчина, настолько покрытый пылью, что мне сначала почудилось, что я вижу перед собой не человека, а призрак. Ему было лет пятьдесят, поджарый, с чуть вздернутым кончиком носа и грустными глазами, потускневшими и болезненно запавшими на лице оттенка серой бумаги.

– Мне кажется, пыль причиняет вам неудобство, лорд Джоселин, – произнес очень мягко Холмс.

Мужчина не без труда сделал несколько шагов и тяжело опустился в кресло.

– Вы, конечно же, из полиции, – со вздохом произнес он.

– Нет. Я частный сыщик, но действую в интересах правосудия.

Сухие губы лорда Джоселина растянулись в исполненной горечи улыбке.

– Слишком поздно, – сказал он.

– Я умираю, – разжав кулак, он показал нам маленький пустой пузырек. – И жить мне осталось совсем недолго.