Некоторые не попадут в ад

Я мало ел, совсем не пил — не то чтоб пугался сесть после этого за руль, совсем не пугался, — а просто мне и без того было очень хорошо, и я был благодарен этому человеку: его жестам, его повадкам, его невероятному остроумию, его умению расставить предметы так, чтоб удивление было всеобщим и никто не оставался в тени.

Уже вечерело, когда я вышел покурить, — и он появился следом; его дочь тоже курила, стоя за колонной, но отец её не приметил, и, завидя нас, она сделала молящие (очаровательные, на самом деле) глаза: «Не выдавайте отцу!» — и показала дымящуюся тонкую.

Я подмигнул ей. (Мы тут были самыми молодыми — и, согласно канонам классического романа, я мог в эту минуту подмигнуть.)

— Идёшь? — спросил меня хозяин по той теме, о которой уже сообщил ранее.

— Надо идти, — сказал я.

— Придумал, о чём будешь говорить?

— Захар, милый мой, — откинулся хозяин, тут же заметил выглянувшего из-за стеклянной двери работника в белой рубашке и попросил: — А сделай-ка нам… чайку. Чайку, да? — это уже ко мне, — и снова к нему: — С травкой… Захар, кто ему ещё скажет о самом главном?

— Хорошо, — улыбнулся я.

 — Попробую.

Было понятно, что человек передо мной, помимо тысячи прочих дел, несколько раз совершал и это: подводил одного неразумного, но имевшего привычку размышлять вслух человека к Владимиру, Ярославу, Дмитрию, Василию, Иоанну, Михаилу, Алексею, Анне, Екатерине, Павлу, Александру, Николаю, — только забыл, чем это всякий раз заканчивалось.

На дыбу тащили тело молодое вздорное?

Говорили: «надоел, выйди»?

Печаль в том, что ничего самого главного я не знал.

Те вещи, что были сейчас самыми главными для меня, — казались ли они столь же важными там, в поднебесье?

Кто же мог мне подсказать… Никто.

В Женеве мне сообщили: сядешь на такси и приедешь в такую-то точку, это соседний городок, или даже соседняя страна; в Европе такое всё аккуратное, подобранное, близкое — пока дремлешь на задних сидениях, можешь миновать три бывших империи, скукожившихся до размеров дамской перчатки.

Соберутся послы, — сообщили мне, — влиятельные люди, представители медиа, будет международная конференция, посвящённая национальным отношениям и сложной роли вашей страны; для вас предусмотрена отдельная встреча со всеми желающими, и закрытый ужин будет в финале, вам передадут отдельное приглашение к ужину на месте.

День обещал быть насыщенным.

Я взял такси, показал, чтоб вообще не открывать рот, водителю адрес в присланной мне организаторами смске, и мы поехали.