Гадский некромансер стоял на пороге и провожал меня взглядом все то время, пока я шла по улице до своей калитки. Да, расстояние было небольшим, но сейчас оно мне показалось целой демоновой милей, и, пока я ее преодолевала, держала лицо невозмутимым, спину – прямой, эмоции – под контролем. Но ровно до того момента, когда сама толкнула входную дверь родного дома и оказалась в прихожей. Только там смогла облегченно выдохнуть. Уф!
Прислонилась к косяку, закрыв глаза. В висках стучало, пальцы дрожали: адреналин еще не отпускал.
Как же ты так вляпалась, Ирэн? И во что именно? И кто стоит за сегодняшней аварией магпромходки? В том, что это не случайность, я почти уверилась.
Глубоко вздохнула. Выдохнула и решила: буду разбираться по ходу дела. А пока же нет лучшего эликсира для бодрости и хорошего настроения, чем кофе. Моя тайна отношений с ним была в том, что он мне, по правде сказать, особо не нравился. Но я пила его литрами, и дело вовсе не в энергии, которую дарила чашка обжигающей черной жидкости, над которой вился аромат, кажется, самого утра.
Нет, главная магия заключалась в том, что горький вкус этого напитка действовал на меня как успокоительное: он возвращал меня в реальность, когда мир готов был совершить очередной кульбит и перевернуться с ног на голову. Но стоило отхлебнуть кофе – и все вновь вставало на свои места, а в хаосе жизни проступали очертания порядка.
Я не любила кофе. Но когда он обжигал губы, я чувствовала себя почти счастливой. А большего мне и не нужно.
Так что я отправилась туда, где можно было раздобыть эту чашку счастья. На кухню. Она встретила меня запахом корицы и старых деревянных шкафов. Автоматически потянулась к кофейнику, с которого все и началось. Налила воды, насыпала горсть помолотых зерен с темным, почти шоколадным отливом. Механические движения успокаивали: ложка, огонь, ожидание.
Кофе зашипел, когда в дверном проеме появилось кресло-коляска.
– Ты куда-то выходила? – спросил дед, пристально разглядывая меня.
– Сахар закончился, – сказала первое, что пришло на ум, по опыту зная: абсолютная ложь видна сразу, тогда как самые большие тайны способна скрыть лишь полуправда. – Дошла до лавки госпожи Юрхес."
"Ирпур хмыкнул, но не стал допытываться. Просто принял чашку, которую я протянула, обхватив ее своими узловатыми пальцами. Я налила себе тоже, сделала глоток – обжигающе горький, без молока. Как раз то, что нужно, чтобы утопить в черноте напитка все свои страхи.
