Отложив мобильный в сторону, я стала собираться на работу. Остаток недели я работала без выходных, чтобы хоть как-то приблизить долгожданное воскресенье.
****
В воскресенье мой будильник прозвонил в четыре утра. Наспех приняв душ, я натянула любимый белый хлопковый сарафан с кожаными флип-флопами от «Эрме» и выбежала во двор, где меня уже дожидалось такси. К вечеру субботы моя безумная тоска по Алексу достигла своего апогея, так что я решилась проигнорировать рекомендацию остаться дома и встретить его в аэропорту.
Я намеренно не стала звонить Эйбу, чтобы не портить сюрприз: он информирует Алекса о каждом моём шаге, и просить его что-либо скрыть было бессмысленно.
Электронное табло аэропорта Кеннеди показывало, что самолёт из Эр-Рияда прибывает в пять пятьдесят. Я стояла в зале встречающих уже в пять тридцать, а в животе рассыпались искры восторга и предвкушения. На секунду в голову прокралось подозрение, что Алекс прилетит не один, и поэтому не хотел, чтобы я его встречала, но я быстро его отмела. Он обещал мне не лгать.
Через тридцать минут первые прибывшие, волоча за собой чемоданы, начали появляться в зале. Встав на цыпочки, я напряжённо высматривала знакомую высокую фигуру и, наконец, увидела. Загорелый за неделю, проведённую в самой жаркой стране мира, до невозможности красивый в серой свободной футболке и чёрных слаксах, Алекс вышел из стеклянных дверей зоны прилёта. Рядом с ним вышагивал Зед в неизменном чёрном костюме. Кажется, эти двое, вообще, никогда не расставались.
Пытаясь подавить дрожь от волнения и радости, я сделала шаг навстречу ему.
Алекс вдруг остановился, и его глаза прищурились, словно он почувствовал что-то. Не в силах более сдерживать себя, я со всех ног побежала ему навстречу. При виде меня, на обычно невозмутимом лице промелькнуло удивление, и мужчина несколько раз быстро моргнул.
— Алекс! — я с визгом повисла на нём и прильнула к губам.
— Я же сказал тебе оставаться дома... глупая девчонка. — еле слышно пробормотал он, после чего, сжав мои бёдра, жадно поцеловал в ответ.
Ни с чем не сравнимый восторг от ощущения его запаха и крепкого тела, прижатого ко мне, опьянял сильнее текилы. Если бы в тот момент меня спросили, есть ли на земле человек счастливее, чем я, я бы с уверенностью ответила, что нет. Мир перед глазами исчез, остались лишь его губы, его волосы под моими пальцами, сильные руки, сжимающие спину, прерывистое дыхание на моей коже. Я не могла оторваться от него, не могла надышаться им, как не старалась.
