– Протянула девушка, наградив ""Генку"" многообещающим взглядом.
И столько в нем всего было намешано, что и сам бы разобрать не взялся. Однако совершенно точно одно – ничего хорошего в нем не было.
Ох, может и зря Алисиэль не взяли? Что-то не нравится мне цвет лица пленника. А ведь суккуба даже не начинала играться Страстью и Ужасом, не говоря уже о том, чтобы пустить в дело Кровь.
А ну как не выдержит сердечка у господина хорошего? Как тогда быть?"
"Олегыч бросил короткий взгляд на меня. Кажется, кое-кому пришли в голову те же мысли.
А ""ниточки"", ради ""кончика"" которой мы провернули такое дело, лишаться не хотелось. Совсем.
Я коротко свистнул. Демоница еще пару мгновений поигралась в гляделки, после чего отпрянула назад, проведя ладонью по щеке мужчины таким образом, чтобы тот смог оценить остроту ее нынешних коготков.
А девушка вновь замерла в позе вышколенной секретутки. Вот только не исчезли рожки, да и цвет кожи не сменился на положенный природой человеку.
Да и улыбка на устах играла отнюдь не скромная, демонстрируя слегка заострившиеся клыки.
Шулько громко и протяжно выдохнул.
– Как по мне, – тут же вежливо сообщаю. – Так рановато.
– Ч-что именно?..
Хм, а голос-то дрожжит. Поляк, помнится, покрепче был. По крайней мере, реагировал проще. Тут же мы явно попали в какую-то чувствительную для него точку.
– Расслабился рано, – любезно пояснил я. – Если понадобится, то я тебя этой красавице... Скормлю. Живьем. И ни разу о том не пожалею.
Суккуба вновь невероятно грациозно обернулась к нашему пленнику, с интересом уставившись на него вспыхнувшими Пламенем глазами.
Шулько сглотнул и с трудом заставил себя перевести фокус внимания на меня. Судя по всему, я представлялся ему не таким страшным. Правильно, в общем-то.
– Да не бойся, – махнул я рукой. – Она не бросится...
Легко мвхнул я рукой, но тут же нахмурился, добавив:
– ... Без приказа. Моего.
""Генка"" кивнул. Как-то судорожно. Будто спазм пережал шею, и теперь она очень неохотно принимала новые положения.
Да и дыхание сорвалось на тяжелый и прерывистый ритм.
Что ж, готов допустить, что именно так оно все и было. Страх провоцирует спазм, а уже тот становится причиной столь печального нынешнего вида Шулько.
– Син, милая... – Подаюсь вперед.
Суккуба тянется мне на встречу. Я протягиваю руку, и глажу ее по щеке. Та реаирует с радостью обласканного вниманием хозяина котенка.
