Нелюдь

И что я знаю — в России покупка и вывоз органов запрещены.

— Вам-то что? — почти с обидой ответил Лева. — Я же предлагаю вам поставки… Не вам же иметь дело с законом и властями в России.

— Не нам, — согласился Марко. — Просто я сказал вам это, чтобы показать, что я примерно представляю себе, откуда будут эти органы и как вы их собираетесь добывать. Никому не приятно общаться и иметь дело с подонками.

Он выразительно взглянул на Леву. Тот онемел от внезапно полученного оскорбления и даже остановился.

— Зачем вы мне это говорите? — спросил он и сам услышал, как жалобно прозвучал его голос.

 — У нас, кажется, деловые переговоры…

— Да, — кивнул Марко. — Но все-таки не забывайте, кто вы такой… Я должен получить скидку в цене уже хотя бы за то, что разговариваю с таким, как вы. А кроме всего прочего, — добавил он, — органы, которые вы будете поставлять, а я у вас — покупать, не будут снабжены никакими документами. Ведь так? А без документов об их законном происхождении их не возьмет ни одна клиника.

Понимаете, вообще ни одна. Так что мне еще придется потратить немало денег на приобретение таких оправдательных документов. То есть на легализацию этих ваших русских органов.

— Я понимаю, — покорно сказал Лева. Он уже чувствовал, как этот Марко взял его в оборот.

— Вот теперь назовите свою цену, — произнес Марко. — Сейчас, когда я вам все объяснил и вы все поняли и про себя и про свой бизнес, назовите цену.

Лева назвал. Марко усмехнулся и снизил цену наполовину.

— Это грабеж, — сказал Лева возмущенно.

Он чуть не заплакал. Ради таких денег не стоило и затевать все это.

— Что вы сказали? — наклонил к нему голову Марко, будто прислушиваясь.

— Грабеж, — повторил Лева отчаянно.

— А то, что вы будете вырывать окровавленные органы из тел бедных ваших соотечественников — это не грабеж? — ровным тихим голосом сказал Марко. Чуть помолчал и добавил:

— Да я бы вас убил на месте собственными руками. Такие, как вы, не должны жить.

— Что же не убиваете? — осмелел Лева.

Все-таки их переговоры уже дошли до цены.

— Нужда заставляет, — вздохнул Марко. — Семья, дети… Придется с вами сотрудничать… Жизнь дорожает каждый день, инфляция. Только не говорите больше про грабеж и вообще не стройте из себя человека, это меня раздражает.

Лева промолчал. Хотелось плакать от обиды. Никогда еще с ним так не разговаривали. Хотя, с другой стороны, никогда еще он не занимался таким бизнесом…

— Согласны на мою цену? — спросил настойчиво Марко.