Нелюдь

Лучше сидеть, чем лежать… Так бы я отсидел свои пять лет и вышел бы потом нормальным вором, а я к тебе попался. И теперь все время рискую, как и прежде, что кто-нибудь узнает… И тогда я буду точно — лежать. Нет уж, лучше сидеть, чем лежать.

Скелет подивился остроумному замечанию Клоуна и засмеялся. Отчасти, конечно, Клоун был совершенно прав. И в этом он сейчас убедится.

Нужно было показать Клоуну, что ничего не кончилось и времена, хоть и изменились, ничего не изменили в положении самого Клоуна.

Он все еще полностью зависим от Скелета. От его расположения.

— Так ты окончательно отказываешься сделать так, как я тебя прошу? — переспросил Скелет. — Ты окончательно отказываешься мне помочь в последний раз?

— Окончательно. Чего тебе еще? — окрысился Клоун. — Я и так по краешку хожу, а у меня семья. Не успею детей на ноги поставить. И все из-за таких, как ты.

— Ну ладно, тогда закончим разговор, — твердо промолвил Скелет, и в тоне его Клоун сразу почувствовал офицера милиции.

Того самого капитана, который тогда с ним работал. Только тогда Клоун не смел называть его Скелетом…

— Закончим этот разговор и расстанемся навсегда, — зловеще произнес Скелет, отодвигая стул.

— А почему навсегда? — спросил тревожно Клоун, почуяв недоброе в словах собеседника.

— Да так получится, я думаю, — спокойно ответил Скелет, вставая и нависая всем телом над сидящим Клоуном.

— Полагаю, что так и случится, — повторил он, и добавил, чуть слышно: — Не увижу я больше никогда агента Гошу…

— Нет, — выкрикнул толстый Клоун, и лицо его перекосилось.

Он схватил Скелета за рукав щегольского костюма и притянул к себе. Как бы нехотя, Скелет сел на свой стул обратно.

— Ты не сделаешь этого, ты что, — забормотал Клоун. — Это же верная смерть. Ты не сделаешь этого.

Скелет засмеялся утробным смехом. Это было какое-то клокотание у него в груди.

— Почему это не сделаю? — спросил он удивленно.

 — Ты что, думаешь, ты мне дорог как память? Или ты мне брат родной? Почему это не сделаю? Еще как сделаю, с большим удовольствием.

Скелет посмотрел издевательски на притихшего Клоуна, на его подавленное лицо, на еле сдерживаемую ярость.

— Что мне тебя жалеть? — сказал он вдобавок. — По мне так ты вовсе никакой жалости не заслуживаешь… А насчет того, что это будет тебе верная смерть, тут ты совершенно правильно сказал. Как в воду глядишь.