Нелюди Великой реки. Полуэльф

А какие чувства испытывает к бывшему унтеру Паола? Помоложе не нашла? Или есть у Семена какие-то скрытые достоинства? И почему она ему нос у Конкруда разбила? Или у них «любовные игры» такие? С полудемоницы станется…

Вообще-то все: их жесты, то, как фэйри подходит, как касается Семена, — не оставляло бы сомнения в том, что эти двое знакомы… очень близко, если бы не одно «но». Я многого не знаю о фэйри и нормах поведения этого народа. Так что поостережемся делать выводы… Ни о чем таком интересном Сеня с фэйри не говорили, отношений не выясняли, а пытались сообразить, кто из гуляйпольских бандитов «крышует» кабак, в котором мы застряли, и чего от них можно ожидать.

Бонс тем временем полностью экипировался — понятно за чей счет. Приятно посмотреть на хозяйственного человека: эльфы, даже очень старые, в таких вопросах перед людьми как младенцы… Дорогая кожаная куртка, принадлежащая раньше одному из «модных» вампиров, абсолютно целая, без единой дырочки, только запорошенная пылью от взрыва, оказалась Бонсу почти впору, если не застегивать ее на груди, деньги достойный рыцарь ссыпал себе в непомерно раздувшийся кошель, не обошел вниманием и кассу кабачка, справедливо полагая, что мертвецам деньги ни к чему, — с собой в могилу не заберешь… Оружия у него теперь было столько, что он свернул в мешок какую-то скатерть и ссыпал стволы туда, не забыв отложить для каждого из наших бывших «товарищей» по вампирскому «меню» пистолет или револьвер.

Нагруженный богатой добычей, этот «рыцарь» бесстрашно шагнул в дверной проем и заорал, обращаясь к кому-то сверху:

— Здесь рыцарь Борис Ингельмийский со свитой! Мы уложили девятерых вампиров! С нами раненые, им целитель нужен! Шевелитесь! — Последнее слово он произнес с такой одушевляющей интонацией, что я вышел из-за стойки — ноги сами вынесли! Не иначе, талант такой у человека. Я даже засомневался на мгновение — может, Бонс действительно рыцарь?

— Про Бонса я слышал… — Голос на верхних ступеньках лестницы был глухим, но властным.

Семен, дернувшийся было остановить «рыцаря» во время его речи, затормозил, ощутив на своей руке железные пальчики насторожившейся Паолы. Я тоже сбавил обороты, хотя собирался сделать ровно то, чего не успел Семен, — заткнуть рог новоявленному аристократу, пока бандиты с нас не потребовали выкупа по «дворянскому» тарифу.