Нелюди Великой реки. Полуэльф

У кованых ворот пристани нас остановил друэгар со светящимся красным светом жезлом и самозарядной, висящей наискось, на груди. Еще двое, рядом с пулеметом, страховали товарища. Я объяснил, что на хаус-бот Реймса, в гости, и этот немудреный ответ вполне удовлетворил строгого охранника. Особенно ценным гостем, конечно, был Семен, который уже извертелся и исстонался весь на заднем сиденье…

Возле сходней хаус-бота стоял все тот же рыхлый охранник, и я с раздражением понял, что если он и сейчас будет тупить, то я его убью, и плевать на возможную ссору с Реймсом! Охранник, кстати, приятно удивил.

Подбежал, принял на руки пьяненького брата-близнеца, если по фингалам считать, сразу появилась личная телохранительница Реймса, еще какие-то слуги, так что Семеном было кому заняться. Пока я принимал душ, все думал — чего охранник так переменился? Неужели мой маленький урок благотворно подействовал?

Или Реймс провел свои мероприятия?

Душ! Уф-ф, благодать! В моем гальюне на стенке за толчком висела небольшая акварельная картина в простенькой деревянной рамке, изображающая белый парусник с белыми же лебедиными крылышками, стремительно летящий по лазурному небу.

Только сейчас заметил… Минут пять стоял, бездумно пялясь на «туалетное» искусство. Чего это я? Устал…

Свитер в порядке, и зашивать не надо… Когда я вышел в кают-компанию, Реймс уже вовсю рассыпался в комплиментах Паоле, левая рука которой оказалась забинтована и подвешена на повязке Дезо. Оказалось, у Паолы ключица сломана, а я и не заметил.

Точно, устал… И алого шелка шаровары на краснокожей фэйри по-дурацки смотрятся. По-дурацки…

В приключенческих романах герой после очередной схватки с негодяями влюбляет в себя дюжину красоток, а у меня ноги заплетаются и дрожат. И хочу я даже не чаю, а кефирчика, как у Офейма подают… Горячий чай мне с моим зубом противопоказан, интересно? Но спасли меня его «всадники», ничего не скажешь! Так что для меня этот знак хорошим оказался, что бы Наполеончик ни думал…

Спать хотелось немилосердно, но я должен был выяснить еще кое-что у Паолы, пока она отмякла слегка.

Завтра уже не получится, точно говорю.

Вытребовав у Реймса обезболивающего и прозрачно намекнув, чтобы он шел утешаться со своей бодигардкой, я подсел к Паоле, чопорно ковыряющей вилочкой рыбный салатик. Из всевозможных ингредиентов она выбирала только кусочки груши и раковые хвостики, в просторечье именуемые шейками. Кусочками осьминога, креветками и прочей рыбной требухой брезговала.