Нелюди Великой реки. Полуэльф

Надеюсь, долгов вы моим именем не наделали, обязательств не брали, и мне не придется расхлебывать за вас последствия вашего поведения…

— Сначала надо расхлебать последствия своего поведения… — ядовито заметил я полукровке. То, что мы оказались так похожи, почему-то меня завело. — Наташа Бороздина где сейчас?

Полуэльф метнул настороженный взгляд на Семена, но проделал это как-то нарочито.

— Говорите при Семене, — предложил я Сыну Лиинуэля. — И знаете что, неудобно ведь называть вас «Сын Лиинуэля».

— С именем ничего поделать не могу, — притворно вздохнул полукровка. — У меня есть еще одно имя, но я предпочитаю, чтобы меня называли Сыном Лиинуэля…

— А Наташа, очень, кстати, красивая и умная девушка, будет ждать вас в условленном месте после того, как вы познакомите меня с Бонсом Ингельмийским… И если наше знакомство с рыцарем не заладится, поможете мне исчезнуть из его поля зрения…

Вытащив «чекан», я направил его на полуэльфа, заметив:

— Да я тебя сейчас грохну здесь! Тело через иллюминатор спущу, а кровь слуги замоют… Где Наташа?

— Зря вы, Петр Андреич, револьвером мне угрожаете… — Сын Лиинуэля был спокоен, а Семен откинулся на спинку дивана, и рука его скользнула к поясу.

— Уверяю вас, Петр Андреич, никто вас не шантажирует и не собирается кинуть. Наташа совершенно свободна и прекрасно себя чувствует. Просто она не видит необходимости встречаться с вами, совершенно незнакомым ей разумным… Мне стоило большого труда уговорить ее побеседовать с вами.

— Так в чем проблема? — не понял я. — Иди в «Черного дрозда» и знакомься на здоровье!

— В «Черный дрозд» легко зайти. Не знаю, насколько просто будет выйти. Вот тут вы мне и пригодитесь, Петр Андреевич… А чтобы у вас не было ощущения, что дело нечисто, я предлагаю вам поговорить с Наташей по телефону.

Семен молча указал полукровке на слоновой кости цвета аппарат, притулившийся в углу кают-компании.

— Я позволил себе предложить вашей очаровательной спутнице, фэйри, пойти и своими глазами убедиться в том, что с Наташей все в порядке и что я играю честно.

Я бросил косой взгляд на Семена, и тот, виновато потупившись, произнес:

— Четверть часа как ушла… «Полевик» твой взяла, кстати.