Нелюди Великой реки. Полуэльф

Ну ничего себе — мы, оказывается, виноваты, что тварь упустили! Пусть своих пулеметчиков наказывают! Они-то мазали по акватории, где у них все тридцать три раза пристреляно! «В чешуе, как жар горя, тридцать три богатыря»!

Дальнейший разговор прервал долговязый урядник, всунувший башку в кабинет Ивана Сергеевича, как змея всовывает свою голову в дупло какой-нибудь лесной птахи:

— Тварь вскрыли. Ничего.

И втянулся обратно, как будто его и не было.

Сваарсон и норлинги недоумевали, Парфенов тоже, но я понял, на предмет чего тварь вскрывали.

Думали, вероятно, что у нее внутри — в желудке, например, — смарагды обнаружат. Идиоты. Это контрабандисты драгоценные камни глотают, и то в специальных контейнерах, чтоб от желудочного сока не попортились. Но я тоже был бы не против узнать, где находятся смарагды.

— Ладно, бойцы, — сказал пристав. — На сколько носов будем премию делить? Городской совет триста золотом дает, бланк векселя и право подписи — у меня.

— На меня выписывайте, — сказал я скромно, видя, что при слове «премия» норлинги как-то нездорово оживились, — а невелика ведь заслуга неподвижно лежащую тварь из ружей дырявить.

А то, что я оружие Сигурду оставил, вовсе не значит, что я от законной премии откажусь в пользу каких-то там жителей островов Северного моря, приехавших на заработки в Ярославское княжество.

Норлинги посмотрели на меня, Сваарсона, Ивана Сергеевича — и понуро потупились.

На пристава приятно было посмотреть — так он оживился, наблюдая эту немую сцену. Даже разрумянился.

Но был, по своему обыкновению, сдержан.

— Ну-ну, — только и сказал он, вписывая мою фамилию в вексель. — Приложите к векселю большой палец правой руки, Петр Андреевич.

И я стал на триста золотых богаче. В целом мой капитал составил триста шесть новых рублей золотом. Вообще я думал, что больше дадут. За оборотня могли бы и побольше отсыпать.

— Все свободны, — пристав указал на дверь, — всех жду завтра в восемь на инструктаж.

— Позвольте, Иван Сергеевич! — Тут даже Парфенов проснулся.

 — Тварь же у нас! Группа распускается по контракту!

Норлинги поддержали нестройным гулом: каждый получил по двадцать золотых — неплохо за неполные сутки!

Иван Сергеевич только улыбнулся, но доброты и смирения в его улыбке не было ни на грош:

— Тварь, которую вы захватили, размером примерно полтора метра, имеет четыре конечности, так же как и две других, — пояснил пристав, — да-да, те самые, в которых перекинулись задержанные в ресторане «Розовый какаду».