Управление до самого холла на первом этаже приходится пройти пешком, так как внутри запрет на перемещения. Зато все это время, что мы идем за руку, я ловлю на нас любопытные взгляды.
Это Томаль?
Щурюсь, пытаясь разглядеть зареванную драконшу, ожидающую допроса в коридоре под присмотром жандармов. Представляю, как сейчас перевернется ее жизнь. Еще недавно она поливала грязью Айлу, отец которой разорился, а теперь сама окажется в низах. Ведь ее дядя больше не член совета, а преступник, который будет осужден.
– Арон! – кидается она в слезах к дракону, но замирает при виде меня.
Смотрит во все глаза. Узнала или нет?
– Мы с Эллой спешим, Томаль, – только и отвечает ей Арон, и Томаль таращится на меня с еще большим удивлением. Ага, приятно познакомится. Хотя нет. Неприятно.
Мы делаем еще несколько шагов, а затем Арон нежно обнимает меня.
– Пойдем домой, – шепчет он, и мы перемещаемся в родные стены.
– Сегодня отдохни, – просит он. – Остальное сделаем завтра.
– Ты куда-то уходишь? – пугаюсь я.
– Думаешь, я оставлю тебя после того, как ты два часа провела в этом жутком месте?
– Не такое уж оно было и жуткое. А вот от мысли, что мой муж мне не поверил, было, действительно, больно, – сообщаю я Арону, и он тут же касается моих пальцев поцелуем. Внутри все вспыхивает.
– Однажды я сказал тебе, что отныне буду верить каждому твоему слову. А если ты будешь молчать, я буду верить в тебя. Я никогда тебя не оставлю. Чтобы не удумал совет, ты останешься моей женой.
Ты не Элла Блейк, не Ассель Рапир. Ты – Элла Эшер, моя жена, моя истинная, за счастье которой я голову положу, – говорит он, и все внутри замирает.
Он касается моих губ поцелуем, и все тревоги отступают назад. Нежные объятия становятся жаркими, и я осознаю, как неистово истосковалась по нему за это время.
Я снова таю, ловя каждое его прикосновение. Вскрикиваю, когда он подхватывает меня на руки и кружит, а затем с ветерком пробегает со мной вверх по ступеням.
Спиной отворяет дверь и заносит меня в спальню.
– Этот дом – твоя крепость. Никто больше не заберет тебя отсюда, обещаю, – клянется он, глядя мне в глаза, и я верю каждому слову.
Вовсе не потому, что хочу верить, а потому что иначе нельзя. Невозможно сомневаться, когда видишь этот полный переживаний и готовности ринуться за меня в бой взгляд.
Этот день мы проводим в постели, выбираясь лишь для того, чтобы перекусить прогуляться перед сном.
