Предполагаю, теперь взорвалось что-то серьезное, раз нас тряхнуло.
— Ты проверил Лихн и заводы Ласко?
— Проверил. Нарушения незначительные, придраться трудно. Да и император на многое закрывает глаза, нужны доказательства повесомее. Например, если узнается, что Ласко имеет долю в производстве нелегальных артефактов и связан с востоком. Боюсь, придется лично туда отправиться.
Он смотрит на меня, а я немею. Сердце вдруг щемит. Надо же... сама от себя не ожидала, если честно. Рэм, возможно, уедет, и меня это волнует.
Очень.
— На востоке полно карликовых государств, постоянно враждующих друг с другом. Они ссорятся из-за ресурсов, границ, идеологий. Ласко и его приспешники могут устроить там заваруху, какую-нибудь революцию, — генерал проводит ладонью по лицу, взгляд его становится жестким. — Так обычно теневые дельцы заметают следы.
— Это опасно? — спрашиваю я встревоженно.
Внутри все леденеет, а на лице застывает тревога. Чувствую, что у меня испуганные глаза. И генерал в них вглядывается, пытаясь считать потаенные мысли.
Но они мечутся как мотыльки, не ухватишь. И только сердце громко бухает.
Рэм криво улыбается.
— Жизнь вообще опасна. Но это так, лирика, — он встает и подходит совсем близко. — Ты нежная, и сильная, — говорит уперевшись в шкаф кулаком. — И ты моя жена. Я никому не отдам тебя. Буду бороться против всего мира, если понадобится.
Его запах въедается, забивая поры, и я прикрываю глаза. Пытаюсь собраться, но этой ночью вряд ли получится. В голове бьется только одна мысль — Рэм уедет на восток, а там опасно.
— А если Раул Ласко подготовил ловушку? — выдавливаю из себя.
— Носи кольцо с собой. Всегда, — отвечает Рэм и склоняется, чтобы завладеть моими губами.
Поцелуй кружит голову, но мозг упрямо пытается переварить новую реальность. Генерал, на которого я фыркала все последние месяцы, уедет. А кто же будет меня бесить?
— Я не задержусь там надолго, — говорит Рэм, но в его голосе нет уверенности. — За тобой присмотрит лейтенант Айош. Он человек надежный.
Да, ситуация взрывоопасная.
То, что творится в Торне, трудно игнорировать.
— А на ферму поедешь? — спрашиваю я и робко касаюсь пальцами его щеки, потом подбородка. Щетина приятно колется.
Смелея, провожу пальцем по генеральскому носу, фиксирую легкую горбинку.
— Что ты делаешь, Ярослава? — он смеется, но имя мое произносит правильно. Только самую малость необычно.
— Изучаю тебя, — пожимаю плечами, а он ловит мои пальцы губами и низ живота простреливает разрядом тока.
