В доказательство своих слов она приложила снимки свидетельства и медальна, в который вместо настоящей фотографии матери, вложила свою.
Лора рассчитывала, что обогатится, что леди Глэдис осыпет ее золотом, как мать своей внучки.
Но бабушка, посмотрев на эту падшую женщину, забрала только Анну. Она посчитала, что Лора дурно влияет на дочь и сделала все, чтобы пресечь их общение.
Вот тогда и началась история шантажа и запугивания, которая и принесла Анне столько неприятностей. Мойроши же, никак не ожидавшие появления племянницы, разработали план, как убрать ее с дороги.
Мрачный дознаватель с глубоко посаженными глазами закончил рассказ и окинул нас с Инес цепким взглядом.
— Часть информации нам удалось выбить из самой Лоры Фьерд, часть мы собрали на месте. Мне очень жаль, леди Грэхем, но ваше наследство утеряно, так же как и могилы родителей. В те времена всех умерших от магической лихорадки сжигали.
С грехом пополам получается изобразить горе, хотя я безусловно расстроенна. Мне жаль Анну. Мы обе родились себе на беду и только перемещение позволило скорректировать наши судьбы.
Я бросаю сочувствующий взгляд на Инес. Она потеряла сестру, которую ждут годы заключения. И ей же объясняться с Анной.
Мы выходим в коридор и Инес тихо произносит:
— Эва Сайен не прибыла в наш городок.
Я вздрагиваю.
— Она могла перебороть влияние приворота?
— Если это так, то с большими потерями для здоровья, — качает головой Инес. — Как бы она не оттягивала, в конце все равно побежит к предмету любви.
— А пока она, возможно, в Барнее, — тяну я зло.
По всей видимости, Эва давно стала орудием в руках Ласко. И выбрал он ее потому, что она была максимально приближена к семье Грэхемов.
Вечером предупреждаю Рэма письмом, а наутро получаю от него ответ:
«Я не видел Эву в Барнее, но буду иметь в виду. Спасибо».
Устроившись в спальне, подношу записку к губам. Она пахнет горьковатым одеколоном Рэма и я откидываюсь на подушки, закрываю глаза и представляю его лицо.
На сердце легчает — он предупрежден и будет осторожен.
Время тянется, а письма приходят все реже. Вместо пространных посланий — короткие записки. Все хорошо. Вчера отбились от налета. Осталось совсем чуть-чуть.
Это чуть-чуть растягивается на целых четыре месяца. На императорском балу я появляюсь в сопровождении лорда и леди Грэхем... немного беременная. То есть, на раннем сроке.
Но сколько полезных знакомств получается завести!
Деловые женщины — особенно аристократки — редкость в Дургаре.
