Нелюбовь

Сразу, не задумываясь, забывая про клятвы в ЗАГСе и про нашу общую дочь, с которой, к слову, запретила мне видеться после этого. История длиною в жизнь, книгу целую написать можно, если вспомнить, что происходило. Но факт в том, что даже суд не помог, и чтобы не травмировать ребенка, я просто отступил и уже шесть с половиной лет плачу алименты девочке, которую не видел почти всю ее жизнь…

Потому что Юля решила, что мужик богаче – это круто. И в перспективы мои не верила. А мне было-то двадцать, я старался, бился куда-то! А она не верила.

И быстро сбежала с ребенком под мышкой к тому, у кого за душой было побольше, чем у меня.

С тех пор в любовь я верю максимум на пару ночей. Девушки не отказывают, я тем более не против такого, и всего хватает. Кроме, сука, нормальной еды!

Поэтому совету мамы я не последую, а вот своему – с удовольствием. Закажу себе целую гору бургеров и буду счастлив.

Сегодня сил как-то вообще нет. Выплетаюсь из раздевалки одним из последних с мечтой упасть на кровать лицом в подушку и не вставать ближайшую вечность.

В двадцать семь уже можно считаться старым? Потому что я, кажется, уже да. Колени хрустят, и устаю быстрее, чем раньше, пора на пенсию и голубей на лавках кормить.

Иду в холл, думая о своем, как вдруг Коваль меня зовет и за руку хватает, подводя к какой-то рыжей с перепуганными глазами. И че надо от меня?

– Леха, выручай. Надо девушку домой в целости и сохранности доставить, там маньяк какой-то нарисовался, надо проводить. Будь другом, помоги, а? Проставлюсь, – говорит Коваль, а сам на Крохалеву зыркает, любовничек.

Смотрю на девчонку. Ниже меня прилично, на голове гнездо рыжее, глаза красные, сама дрожит стоит, мокрая вся. Маньяк, говорит, нарисовался. Поклонник какой бегает за ней, что ли?

Мне оно, конечно, триста лет не надо, но как-то выглядит эта девчонка неважно, что отказать не по-человечески будет. А где-то в глубине души я все-таки человек. Почти джентльмен. Очень глубоко.

– Да ладно, – говорю я, а сам надеюсь, что живет эта рыжая не на другом конце города, иначе буду я свою почти человечность проклинать потом.

Спать и жрать все еще дико хочется. – На безвозмездной основе помогу, что я, не человек что ли?

На самом деле мне от его «проставлюсь» ни холодно, ни жарко. Ну купит он мне пива, и какой толк, если не пью почти? А так бесплатно помогу, считай доброе дело, может, карму подчищу хоть немного, а то я тут недавно с одной блондиночкой домой приехал, так бабуля у подъезда меня чуть не прокляла.