Напор сильный, по спине хлестало, доставая до самой души. Я дотронулась до себя внизу: смазка до сих пор скользила по складкам. Память сразу в ретроспективу: руки, губы, обнаженные тела. Запахи, стоны, рваное дыхание. Это было настолько хорошо, что сложно выразить словами. Это не просто секс. Это так, как должно быть, если сердце отзывается, если чувствуешь, если веришь…
Я закуталась в полотенце и взяла в руки телефон. Только восемь вечера, а, казалось, что проплакала целую человеческую жизнь. Прикусив губу, решилась написать, звонить нет: не смогу.
Слишком тяжело принять, если все потеряно.
Я: Я тебя люблю
Так много слов, так много мыслей, но что могло быть красноречивей? Без сомнений. Без вопросов. Без ультиматумов. Три слова и две судьбы. Мне оставалось только ждать…
Я переоделась в пижаму и вышла из комнаты. Телефон оставила, жаль дрожащие руки нельзя было к нему пристегнуть. Я боялась ответа. Я ждала его. Сердце замирало, а слух играл со мной в прятки: мне слышался звон, но сообщений не было.
Мирослав пока не прочитал.
— До свидания, Аня. Спасибо, что помогли Роме искупаться, — провожала няню.
— Вам уже лучше? — искренне поинтересовалась. Я только вымученно улыбнулась. Нет, мне также. Мне очень, очень страшно.
— Пойдем укладываться, сынок.
Я тихо читала ему сказку, отвлекаясь от тяжелого ожидания. Сын посматривал на меня с тревогой. Мой маленький чуткий мальчик. Родной человек. Мне стало чуточку спокойнее, и я забылась в неглубоком сне.
Проснулась часов в двенадцать, осторожно поднялась и вышла из детской, затем бросилась к себе.
Телефон лежал экраном вниз. Мне страшно было брать его. Что ответил Мирослав…
Ничего. Сообщение так и висело доставленным, но не прочитанным. Это было странно и совершенно ему не свойственно. Мир никогда так не делал.
Я проснулась совершенно разбитой. Словно тяжелой плитой придавило. Мое тело как будто бы в порядке, никаких тревожных сигналов, но мне сложно было встать. Ощущение, что я горела, но градусник показывал стандартную температуру.
Утром когда Рома ночевал дома, я его отвозила в садик, а няня уже забирала. Сегодня мы никуда не пошли: сын обрадовался и залез ко мне под одеяло. Я позвонила в деканат и объяснила ситуацию: мне нужен больничный хотя бы на пару дней. Аню вызвонила пораньше и проверила сообщение: Мир так и не прочитал. Мне стало еще хуже. Я вернулась в кровать и обняла спящего сына, стало немного легче. Дети — это не «пластырь»: они в отличие от мужчин будут любит нас всегда.
