Она не взяла, но я тоже не забрал!
— Николь, — мать обратилась к внучке, — твои подарки под елкой, беги. Через пятнадцать минут за стол сядем. Затем на Лику посмотрела: — Это подарок от Яны. Симпатичная штучка. Еще сумочка яркая, — и нарочито демонстративно даже не открыла мешочек с камнями, подаренными Ликой.
Сумочка… Вот, значит, как… Уделала меня Яночка. Вернула подарок так элегантно, что не прикопаешься. И по носу меня щелкнула: да, вторая жена у меня женщина с принципами, и она не разменивала свою гордость на кольца и браслеты, шляпки и жакеты…
— Агата Владиславовна, бранч сервирован, — горничная уведомила, а мама пригласила нас в столовую.
На столе стояли закуски, свежий хлеб, масло и джемы. Блюда из яиц подавались порционно. Николь никогда не заставляли есть исключительно ножом и вилкой, хотя иначе лично мне в принципе неудобно и непривычно. Но здесь, под строгим взглядом бабушки, одетой как английская королева, схватила приборы и пыталась наколоть вилкой оливку с косточкой. Нервничала, бедняга.
— Как отдохнули? — мама начала ничего не значащую беседу, но смотрела только на меня и Ники. Лику игнорировала. Та была недовольна и ковыряла в тарелке так, чтобы показать хозяйке дома, что еда ей не нравилась. Мы, мужики, мерились причиндалами, а они чем? Высокомерием?
— Хорошо, но далековато, — ответил я.
— Зато престижно и необычно, — парировала Лика.
Мать поджала губы и закатила глаза, а я посмотрел на часы.
— Все было очень вкусно, но мне нужно бежать. Ромка ждет.
— А мы? — Лика была недовольна, что оставлял их.
— Николь еще не доела, — кивнул на дочь. — Вызови Олега, когда соберетесь. Мама, — поцеловал на прощание.
— Поцелуй за меня внука, и Яне привет, — специально уколола Лику напоминанием о его матери.
Я написал сообщение жене, что еду. Мы вроде как решили в новый год войти без жесткой регламентации нашего общения, поэтому я заехал в цветочный и купил красивый букет. Название сказали, но я не запомнил. А еще выбрал для нее серьги с крупными жемчужинами под цвет ее глаз.
Мне сказали, что они самые редкие и дорогие. Я не мог подарить Яне что-то обычное и массовое. Она должна знать, что всегда была и будет для меня особенной женщиной.
Припарковался на свободном месте недалеко от парадной. Уже вышел из машины, как дверь открылась, и появилась Яна. В короткой шубке, высоких сапогах и с распущенными волосами, струящимися по спине. Она говорила по телефону и улыбалась. Подъехало такси, и я потерял жену из вида.
