Развернувшись в противоположную сторону и пробираясь сквозь толпу не совсем трезвых людей, направляюсь в уборную.
Когда меня окликают по имени, хочу проигнорировать. Мало ли Май в этом заведении? Но едва взгляд цепляется за столик со знакомыми лицами, ноги сами несут меня к нему.
— Какие люди! — всплескивает руками Семён Долгов.
Я вдавливаю ногти в лакированный клатч и заинтересованно рассматриваю присутствующих: Жанну, Витю, Валю и Ваню Черновых и симпатичную незнакомую блондинку — вероятнее всего, девушку Долгова.
Он меняет их так часто, что я не акцентирую на ней внимание.
— Всем привет, — натянуто улыбаюсь.
— Отдыхаешь? — спрашивает Семён.
— Да, мы с коллегами отмечаем один значимый повод.
Мой пульс ускоряется от волнения, когда я ловлю на себе цепкие заинтересованные взгляды. Особенно оценивающе смотрит блондинка.
Вздёрнув подбородок, уделяю ей чуть больше внимания. Что же... Она эффектная, со вкусом одета. В ушах висят дорогие брюлики. Неужели Долгов расщедрился?
— Ты надолго вернулась? – перекрикивает музыку Семён и тут же обращается к девушке: – Это бывшая жена Каминского.
Незнакомка понятливо кивает, слегка улыбается. Я не знаю её, но почему-то хочу задеть, уколоть и резко поставить на место, чтобы не пялилась.
Слова Долгова неприятно режут слух. Улыбка плавно сползает с моих губ, а агрессия атакует организм и велит огрызнуться в ответ, даже если со стороны это будет звучать как хамство.
— Надолго, Сёма. Навсегда.
На лице друга моего бывшего мужа нервно дёргаются мышцы. Долгов не теряется и предлагает присоединиться к столу. Я категорически отказываюсь и, с колотящимся сердцем, продолжаю дорогу в уборную.
Внутри помещения ожидаемо много людей, но один свободный умывальник находится. Я открываю кран, зачерпываю в ладони ледяную воду и пытаюсь освежиться.
Платье липнет к спине, щёки пылают. Кажется, что прямо сейчас меня активно обсуждают бывшие друзья. Для них я — предательница, потому что бросила мужа и улетела в Штаты с другим.
Подняв голову, наблюдаю как капли воды стекают по лицу и шее. С Жанной мы ни разу после моего отъезда не общались. С Валей — изредка переписывались и поздравляли друг друга по праздникам. Она слишком милая, чтобы обижаться и злиться.
Потянувшись к салфеткам, осторожно вытираю лицо.
Долго копошусь в сумочке, достаю оттуда помаду. Подрагивающими руками подкрашиваю губы.
Пошли они к чёрту. Все.
