Позже мне предлагают вставить своё весомое и решающее слово, чтобы занять чью-то сторону. Невольно создаётся впечатление, что мы ненадолго вернулись в беззаботное прошлое, где были друг другу просто приятелями, но никак не любовниками.
Разговоры сопровождаются шутками и раскатистым смехом. Мужчины подкалывают друг друга и давят на меня с выбором. Сначала я теряюсь, а затем предлагаю посмотреть совершенно иной – третий фильм. Научно-фантастический с элементами триллера. Не занимая чью-то конкретную сторону и не выделяя ни Яна, ни Вову.
На экране всплывают начальные титры, смех и шутки стихают. Каминский приглушает свет и, вернувшись на диван, обнимает меня за плечи.
— Вкусно пахнешь, — произносит он совершенно обыденным голосом, словно не слышал, что я его ненавижу и забыл обо всех скандалах и недомолвках.
За почти девять лет нашего брака всегда именно так и было – Ян остывал первым, быстро переключался. В то время как меня долго потряхивало и колотило от злости и возмущения. И плевать на какую тему мы ругались, кто был неправ и насколько глобальными казались проблемы.
Я всегда удивлялась такому подходу, но едва Каминский подходил мириться первым и давал мне каплю тепла и нежности — я прощала его почти сразу же.
— Это новый шампунь с черникой, — отвечаю таким же ровным тоном, решив сегодня не развивать дискуссию. – Ян, я хотела бы выпить. Организуешь?
Муж кивает.
— Уже. С минуты на минуту должны принести заказ. Я взял фрукты и твоё любимое вино.
— Спасибо, — говорю шёпотом.
Когда начинается завязка фильма – в дверь настойчиво стучат.
Ян направляется в прихожую, впускает в наш дом официантку. Она закрывает собой экран, ставит на журнальный стол виски, плетёную корзину с фруктами и три широких пузатых бокала.
— Хорошего вечера, — произносит вполне доброжелательно и словно невзначай бросает на меня взгляд исподлобья.
Тело сковывает стеснением. Официантка не выглядит слишком юной – в глазах читается усталость и опыт. После того как она снисходительно улыбается, меня швыряет в пот.
Неужели догадывается?
— Где вино? – строго интересуется Каминский, едва девушка выравнивается и прижимает к себе пустой поднос.
Она тушуется, глаза бегают. Ни о каком вине она слыхом не слыхала – заказ принял администратор и передал дальше, забыв записать Бароло.
— У нас в баре не осталось ни единой бутылки, — разводит руками. – Но мы что-нибудь придумаем.
— Очень надеюсь, — отвечает Ян и провожает её до двери."
"Титов снимает фильм с паузы, открывает виски.
