Подлая притворщица!
Всевидящий, с какой радостью он бы выслал навязанную жену в бессрочную ссылку и благополучно забыл о её существовании! Но отцы и об этом позаботились – в договоре отдельным пунктом выделили важное условие – в течение пяти лет после свадьбы супруги должны обзавестись ребёнком, в идеале сыном. В том случае, если супруги не захотят или не смогут иметь детей, титул и земли переходят к младшему брату Армана – Анри.
Брат умер бездетным, и герцог был уверен, что условие о детях уже не имеет силы – передавать титул больше некому.
Не в чужие же руки!
Но король, благодушно похлопав его светлость по плечу, одной фразой разбил его планы в пух и прах.
– Учти, Д’Аламос, если не родишь наследника в предусмотренные договором сроки, то сделаешься графом. А герцогство я заберу в пользу короны. Причём учти – бастард тебя не спасёт: наследник должен родиться в законном браке!
Можно сказать, что он попал в безвыходное положение!
Ладно, со слугами он разберётся, авторитет Адель восстановит! Но что делать, если эта.
.. язва... не забеременела после брачной ночи? Если тяжёлая, то со спокойной душой отправил бы её в поместье. Она бы там родила. И тогда о жене можно было бы больше не вспоминать: пусть живёт себе от глаз подальше. А через пять-семь лет он бы потребовал расторжения брака.
Но что-то ему подсказывало, что надеяться на быстрое разрешение проблемы не стоит.
И пока суд да дело, герцог решил, что продолжит совместные трапезы с женой, чтобы лучше её узнать и выявить слабые стороны.
Одну он уже знает – она потеряла память, и на этом можно хорошо сыграть...
На следующий день была назначена вторая проверка.
Как и в прошлый раз, гер Ханц сначала скороговоркой пробормотал, что это недолго и не больно, хотя герцогиня не протестовала и не пыталась сбежать. А потом сосредоточенно водил над нею руками, беззвучно что-то шепча себе под нос и хмуря лоб.
Герцог напрягся –неужели у него получилось с первого раза?!
Но лекарь качнул головой и отошёл от кровати.
– Её светлость не в тягости, – произнёс он вслух. – И её организм почти освободился от сока фликсы. Ещё дней семь-десять, и можно будет заняться ногой миледи.
– Мне что, ещё десять дней торчать... то есть оставаться в постели? – едва не подавилась возмущением Соня. – Разве перелом не сросся? Нога больше не болит!
– Сросся, но неправильно. Если оставить как есть, вы на всю жизнь останетесь хромой, – пояснил лекарь.
