Теперь же говорить предстояло с супругой.
Как он удачно женился... Спасибо, папа!
Арман собрался уже отправить Зосима в темницу – посидеть в холодке и тишине, подумать о бренности жизни. Да вспомнил, как ловко жена изображает потерю памяти. Ведь заявит, мол, ничего не помню, о подставе впервые слышу. Нет, надо предъявить ей Зосима, пусть он повторит всё перед ней!
А ещё измена...
– Ты, – герцог встряхнул мужичка, – с кем из господ герцоги... графиня встречалась, когда жила у дяди?
– С р-родственниками? – заикаясь, переспросил лир.
– Я не следил за леди, милорд. У барона постоянно кто-то крутился из родни – то тётушки, то племянники.
– Племянники?! Кто именно? Откуда родом?
И Зосим старательно перечислил всех, кого помнил. Получалось, что у Сонии была возможность закрутить роман, да не единственный, буквально под носом у дядюшки?!
Он и раньше с ума сходил от мысли, что его жена до брака успела переспать с другим мужчиной. А теперь, когда выяснилось, что кандидат в покойники может быть не один, у герцога едва не срывало крышу.
Схватив Зосима за шиворот, он волоком протащил его по замку и ворвался в покои миледи.
Сония уже встала и, как примерная супруга, ожидала мужа у накрытого стола. Но ни невинный вид юной герцогини, ни её растерянный взгляд– ничто теперь не могло убедить Армана в невиновности молодой жены.
Герцог заставил лира повторить всё, что тот ему рассказал ранее. И с непонятным удовлетворением отметил, как вытянулось лицо миледи, как она побледнела.
– Увести, запереть, глаз не спускать! – Арман вручил незадачливого пособника Соны в руки двух дюжих подручных, и вернулся к супруге. – Ну, что скажешь, же-е-ена-а-а?
– Арман, я... Я правда ничего не помню, – Сония комкала в руке платочек, – но мне очень, очень жаль! Наверное... я ревновала тебя к леди Адель?
И вопросительный взгляд.
Нет, как играет! Да в Королевском театре актрисы менее убедительно изображают раскаянье или потерю памяти, чем миледи.
Вот где прячется истинный талант!
– Причём тут леди Адель?
– Я ревновала, – уже убедительнее повторила Сона. – Ты оставил свою любовницу в замке, продолжал её навещать. И я подумала, что если устроить бардак и воровство, ты откажешь ей от места. Она уедет к себе, и у нас будет шанс на счастье. Ведь на самом деле ничего страшного не случилось, никто не пострадал, не сердись на меня!
И ресничками хлоп-хлоп!
Но на него это уже не действовало.
