44
Мне вспомнилось, как он хватал меня, как целовал, как ударил по губам, и отвращение электрическим током пронзило меня с головы до пят. Это было мерзко. Это было больно. И страшно.
Я не хотела думать о Савицком, но мысли о нем не покидали мою голову. Я то и дело видела перед собой его глаза, заполненные бездной, его ненормальную улыбку, его ладонь, в которой лежали какие-то таблетки. И чтобы избавиться от этих навязчивых воспоминаний, я решила отвлечься – пошла на кухню.
В коридоре я поняла, что Даня находится именно там – услышала его приглушенный голос.
Он стоял у окна, спиной ко мне, в одной руке держа телефон, а другую уперев в подоконник. Меня Даня не слышал, поэтому продолжал говорить – коротко, отрывисто и сквозь зубы.
Я застыла под аркой, ведущей на кухню.
– Радуйся, что я не убил тебя вчера. Скажи спасибо ей. Но лучше не говори. Появишься рядом – тебе точно не жить, урод, понял? – явно сдерживая себя, говорил Даня. И я сразу поняла, с кем он разговаривает. – Нет. Иди к черту.
Он выключил телефон, бросил его на подоконник и повернулся ко мне.
– Уже встала? – вздохнул он. Матвеев не выглядел как человек, который выспался. Вернее, он выглядел как человек, который не спал всю ночь. Взъерошенные волосы, круги под глазами, уставшее лицо.
– Что случилось? – спросила я испуганно. – Это Савицкий?
Даня не отвечал, глядя в стену поверх моей головы.
– Это он? – повторила я. – Что он хочет? Даня! Не молчи, скажи, что случилось!
Он перевел на меня пылающий холодным огнем взгляд.
– Он хочет бабок, – нехотя отозвался Даня. – За разбитую тачку.
– Что? – побледнела я, и ноги у меня подкосились – я поспешила сесть за стол. – Он денег… хочет? И сколько?
Даня не ответил, лишь улыбнулся – широко и невесело.
– Много, да? – догадалась я. Его машины – и белая, и черная – очень дорогие. Наверняка их ремонт стоит большую сумму. Господи, Даня влип. Зачем он только вчера схватил тот обрезок трубы?
– Я найду деньги, – сказала я твердо.
– Даш, вот скажи мне, – неожиданно спокойно спросил Даня и сел на стул прямо передо мной.
– Где ты собираешься найти деньги?
– Пойду работать, – ответила я. – У меня есть золото, его продать можно.
– Может, еще почку продать? – усмехнулся он. – Успокойся. Деньги – это мои проблемы.
– Нет, мои. Это ведь все из-за меня! Из-за меня, понимаешь? – на глазах появились ненавистные слезы.
– Боже, только не плачь, – попросил Даня и коснулся моего запястья. – Не могу, когда ты плачешь.
