– Он милый, пока ему выгодно. Стас всем известен своей жесткой хваткой. Из тех, кто мягко стелет, да жестко спать.
– Ой, ты уже поговорками заговорил, – снова умилилась моя внутренняя бабушка.
– С тобой, Дашка, и соловьем запоешь, – притворно вздохнул Даня.
– Главное, дятлом не застучи, – отозвалась я. – Мне свою голову жалко.
– Потому что она дубовая? – невинно поинтересовался он.
Я толкнула его локтем в бок – как и раньше, совершенно на автомате. Забыв, что вроде бы как сейчас мы – посторонние люди. А Данька только улыбнулся мне.
И где, спрашивается, моя ненависть? Почему рядом с ним она истончается, как облако на ветру?
Я замолчала. Он – тоже. Мы оба остались наедине со своими мыслями.
– С ума сойти, – честно сказала я уже в машине – Стас велел отвезти нас обратно.
– Лучше не сходи, – любезно посоветовал Матвеев. – Ты нужна мне нормальной.
– Я не верю. Это все странно, неправдоподобно. Так не бывает, – глянула я на него снизу вверх. – Понимаешь?
– Я понимаю, что сотрудничество со Стасом для нас важно, Даш.
Спасибо, что согласилась помочь.
И Даня сжал мою ладонь, заставив коротко выдохнуть от неожиданности.
– Ничего не бойся, Даш, – зачем-то сказал мне он. – Савицкий – это ерунда.
А я вдруг подумала, что любовь кажется ненавистью, когда отчаянно больно.
1.51
Всю оставшуюся дорогу я смотрела в окно, на проносящиеся мимо безликие дома, спешащих куда-то людей и желто-красные деревья – осень в этом году была поздней и нарядной,"
"Остаток этого дня мы провели раздельно.
Даня куда-то уехал, а я закрылась в квартире и делала домашнее задание на понедельник и вторник, чтобы разгрузить воскресенье. Когда стало темнеть и в каждый угол пробрались изломанные тени, мне снова стало не по себе: я опасалась каждого шороха, а когда вдруг раздался стук, вздрогнула всем телом – на мгновение мне показалось, что в дверь кто-то ломится, хотя на самом деле стучали соседи – наверное, прибивали что-то к стене. Темнота на улице становилась гуще, безмолвные тени – чернее, а Дани все не было.
Об этом я обмолвилась в чате, и в результате ко мне неожиданно приехали девчонки. Сначала приехать хотела Сашка, но следом за ней подтянулись и Самира с Полиной. Последней явно было не по себе – подруга чувствовала себя виноватой и не хотела ехать, думая, что я злюсь и не хочу ее видеть, но Самира с Сашкой заставили ее, решив, что нам обязательно нужно поговорить.
Когда Полина опять попыталась объяснить мне свой поступок, то расплакалась.
