И пока вторая бережно вешала одно из отвергнутых мною платьев на место, я подошла к Дане.
– Что, Матвеев, смешно? – спросила я.
– Очень. В этом ты похожа на говорящее кружевное облако, – отозвался он. – Немножко развратное говорящее облако. – Его взгляд упал на откровенное декольте. Я почему-то прикрылась.
– А вот и зря, – сокрушено вздохнул Даня, не прекращая пялиться. – Это было самой лучшей деталью облака.
– Слушай, – топнула я ногой, – я ведь к тебе в штаны не заглядываю.
– Я к тебе – тоже, – парировал он весело.
Но на мою грудь можешь смотреть, сколько влезет.
Я хотела что-то сказать ему, однако слова застыли у меня на губах – я вдруг случайно услышала знакомый голос и резко обернулась.
В зал входила Танька под руку с какой-то своей подружкой – наверное, той самой, что собралась выходить замуж. Сестра как-то говорила мне о том, что приглашена на свадьбу.
Я, конечно, очень любила Ведьмочку и делилась с ней многими секретами, однако рассказать про фиктивную свадьбу в присутствии работодателя не могла.
Как и допустить того, чтобы она меня увидела. А потому, крепко схватив Матвеева за руку, потащила его к примерочной. Ну, потащила – громкое слово. Попробуй сдвинуть такую махину с места!
– Ты чего? – удивленно спросил Даня.
– Танька здесь, – прошептала я. – Нам надо спрятаться! Ну же, Клоун!
Не знаю, что на него подействовало – то ли отчаяние в голосе, то ли испуг в глазах. Однако Даня не просто разрешил уволочь себя в примерочную, но еще и не дал мне упасть из-за коварного шлейфа.
– Отсидимся здесь, – решила я, надеясь, что Танька и ее подруга надолго в свадебном салоне не задержатся.
– Ты уверена, что это правильное решение? – спросил Даня.
– Еще бы! – заявила я. – Если Танька увидит меня в свадебном платье рядом с тобой, она тут же позвонит моей маме. А оно тебе надо?
Он вынужден был признать, что нет.
– Подождем, пока она отсюда уйдет.
– Извините, Дарья, Максим, – раздался голос одной из девушек-консультанток, которой уже успели поведать легенду о том, что Даня – брат Стаса.
– Вы здесь?
Она хотела зайти в примерочную, но я высунула руку из-за тяжелой ткани и помахала ею.
– Подождите десять минут, и мы выйдем! – тихо сказала я, стараясь, чтобы мой голос был заговорщицким.
– Да, конечно, хорошо, – несколько растерянно ответила она и отошла в сторону.
– Ты понимаешь, что о нас подумают? – спросил Матвеев, с трудом сдерживая смех. Происходящее его, очевидно, забавляло.
