– Может быть, у него какие-то проблемы? – неразборчиво спросил Даня, пробуя крохотные, но крайне аппетитно выглядящие канапе."
"– А может, он просто дурак? – спросил Владыко. – Влез в какую-нибудь аферу. И подружку свою втянул, – покосился он на меня. Я потупила взгляд.
– Может быть, – пожал плечами Даня. – Попробуйте эту штуку! Офигенный вкус. Жена, – обратился он ко мне, – сделай такое дома.
– Хватит кривляться, Матвеев, – тихо прошипел Олег, наконец повернувшись в его сторону. – Какого черта ты тут делаешь?
3.
17
– Приехал к брату, – хмуро ответил тот. – Не поняли, что ли, Олег Владимирович?
– К какому еще брату? Не стоит держать меня за дурака. Живо за мной, – велел он Дане, вставая из-за стола.
– Вообще-то, я ем.
– Встал и пошел, Матвеев, – велел ему Владыко и скрылся за дверью.
– Придурок, – выдохнул Даня. Все-таки он нервничал.
– Лучше поговори с ним, – сказала Таня. – А то Олежка расстроится. А когда он расстраивается, то становится злым, как дьявол. И таким же злопамятным. Возьмет и расскажет ваш маленький секретик всем вокруг.
Даня выругался сквозь зубы, сунул в рот еще одно канапе и пошел следом за Олегом. И я тоже пошла, прицепилась к нему хвостиком – слава Богу, никто не обращал на нас внимание.
– Дави на жалость, сестренка, – успела сказать мне Танька.
Владыко ждал в гостиной у окна, скрестив на груди руки. Увидев нас, он посуровел.
– Так-так-так. Нерадивый студент и сестра Татьяны. Дядя Олег, значит? – впился он взглядом в Матвеева.
– Это импровизация. Не принимайте близко к сердцу.
– Принимать я тебя стану – на экзамене, – процедил Владыко. – И чувствую, неоднократно. Что тут происходит?
– Какая разница? – пожал плечами Даня. – Просто на раскрывайте нас, и все. Стас же ваш друг.
– Что значит – какая разница, Матвеев? Вместо того чтобы учиться, ты притворяешься другим человеком. Считаешь, что это нормально? – Олег на всякий случай огляделся, но в гостиной никого не было.
– Считаю, что это только мое дело.
Я закрыла Дане рот ладонью, понимая, что еще немного, и он окончательно выведет Олега из себя, и они начнут ругаться – оба на взводе.
– Дай я скажу, – взмолилась я. – Олег, понимаешь, мы попали в очень плохую историю. А Стас заплатил нам за то, чтобы мы изображали жениха и невесту перед родней Русланы. Мы не делаем ничего плохого. Правда. Просто пытаемся найти выход из положения, в котором оказались.
Мой голос стал жалобным. И я опасливо заглянула в глаза Олега, помня слова Тани. Ярости в них стало меньше.
