– Скажешь мне, где аптека, хорошо, Дарья?
– Влад, не стоит так беспокоиться, – сказала я тихо. – Я и без того чувствую себя неловко перед тобой.
– Почему? – полюбопытствовал Савицкий, выезжая со стоянки."
"– Мы почти перестали общаться, – вздохнула я.
«Я выбрала другого, не тебя», – мысленно добавила я, кусая губы.
И этот другой только что меня бросил. А ты – рядом. Парадокс.
– И что с того? Я не могу бросить тебя в такой ситуации, – ответил Влад.
1.17
Всю дорогу мы ехали молча. Влад рулил, внимательно смотря на мокрую дорогу.
А я разглядывала свои обессилевшие руки, лежащие на коленях, и не понимала, что происходит. Я пыталась набрать Данин номер – он не отвечал на звонки, и в сети его не было – мои сообщения уходили в пустоту.
Тогда я просто безвольно опустила руку с зажатым телефоном и, отвернувшись, стала смотреть в окно. На глаза сами собой наворачивались слезы, а я не хотела, чтобы Влад увидел их. Только этих слез становилось все больше, они все сильнее застилали глаза, и Савицкий заметил.
Не мог не заметить.
– Это того не стоит, – только и сказал он, а после протянул мне салфетки.
– Спасибо… Но откуда тебе знать – стоит или нет? – прошептала я.
– Такие, как он, слез не достойны, – в голосе Влада бы металл.
И я поняла, что он все знает. Знает, что Матвеев меня бросил.
– Откуда?.. – только и спросила я.
– Банальная логика, – отозвался Влад. – Когда ты была без сознания, сказала его имя. Теперь пытаешься связаться с ним, не выпускаешь телефон из рук. И плачешь.
Не нужно быть Шерлоком Холмсом, чтобы понять – он бросил тебя.
– Верно, – усмехнулась я и зачем-то спросила: – Это ведь ты держал меня за руку?
– Я, – односложно ответил Влад.
И последняя несущая стена моего личного воздушного замка рухнула.
Хотелось разрыдаться – громко, как в детстве, однако я запретила себе плакать. И повторяла, что буду сильной, смогу сдерживать себя, перестану думать о нем.
Слезы действительно схлынули, однако саднящая боль в душе осталась. В горле – тоже. Кажется, я и в самом деле стремительно заболевала.
Мы заехали в аптеку, и Влад хотел купить мне лекарства сам, однако я не позволила ему сделать это.
– Я сама, – твердо сказала я, нахмурившись, и он отошел в сторону.
– Мне было не по себе, – уже в машине сказал Савицкий. – Я привык платить за девушек.
– И покупать им дорогие подарки, знаю, – отозвалась я, вспомнив разговор девушек в туалете ресторана.
– Логика? – полюбопытствовал он, не став отрицать мои слова.
