Ненавистная жена

Она стремительно поворачивается, и мой взгляд выхватывает налитую яблоками, шевельнувшуюся грудь — спелую и высокую, едва прикрытую полупрозрачным атласом кружева. Соски эротично проступили сквозь шелк, пряди слетели на спину, открыв гладкие плечи… Определено природа ничем мою жену не обделила, а даже наоборот — наделила более, чем щедро.

Я медленно поднимаю лицо и наши взгляды встречаются, оказавшись одновременно в новом дне и все еще во вчерашнем вечере.

— Марина?

МаринаЯ слышу свое имя и оборачиваюсь, выпустив из руки вещь, которую собиралась сложить.

В этой спальне я привыкла к тишине, но низкий голос Борзова, раздавшийся вдруг от порога, звучит в ней, как продолжение моих мыслей, из которых я не отпускала его с прошлой ночи ни на секунду. И не воспринимается, как неожиданность.

Муж. Он все-таки нарушил свое обещание и вошел в мою комнату, но я не удивлена. Вряд ли этот мужчина будет способен когда-нибудь удивить меня больше, чем сделал это вчера.

Он раздет, стоит в одних боксерах и видно, что недавно проснулся — с лица еще не успела слететь печать сна и не нахмурились привычно жесткие линии.

Что ж, хоть кто-то в этом доме спал, пока я сшивала свою гордость по кусочкам, поднимая каждый с земли и отмывая от грязи. И я… я, наверное, его ждала. Вот только не так скоро и не здесь.

— Марина? — я поворачиваюсь к Борзову и разжимаю губы: — Нет, дорогой, Мышь. Твоя ненавистная жена!

Он стоит, смотрит на меня потрясенно, а вот я схожу с места. Пройдя через всю комнату босиком, останавливаюсь перед своим мужем и поднимаю голову — как жаль, что он намного выше меня.

Взмахнув рукой, со всей силы отвешиваю ему пощечину, рассекая новым звуком тишину.

Мне этого мало и, замахнувшись другой рукой, я бью Борзова по щеке еще раз.

И еще!"

"Рукам больно, а ему хоть бы хны. Даже не шелохнется. Только мигает глазами, словно не верит, что это происходит с ним всерьез. Ну хоть румянец на щеках выступил, если бы еще стыда!

Ничего, я готова ему показать, что не шучу. У меня внутри полыхает огонь гнева, и если не хочу сгореть сама, я просто обязана дать ему выход.

Как жаль, что я не драконица, иначе бы от дорогого супруга осталась лишь горстка пепла.

Я оборачиваюсь, хватаю напольную лампу, выдирая шнур из сети, и запускаю в него, попав по плечу. Подбежав к стене, срываю с пола практически собранный чемодан, размахиваюсь и бью им Борзова — вещи разлетаются по комнате, но мне плевать! Ничего, есть еще один чемодан, и он тоже летит в любителя шлюх и острых ощущений.