(ненавижу) люблю тебя! (СИ)

Вероника всё же сделала глоток воды, её пальцы заметно дрожали, но она постаралась успокоиться и как можно милее сказать:

— И это всё? Мы были помолвлены пять лет, дорогой. Может ты хочешь узнать, чего лишился?

Она наклонилась ко мне, как бы предлагая заглянуть в глубокое декольте. Это попытка была настолько жалкая. Я покачал головой и встал.

— Прости, но меня это не интересует.

В спину мне полетело ругательство. Это не конец — вертелось в моей голове. Ника не успокоится, не так просто. Остаётся только надеяться, что я буду готов.

Детектив отписался, что приступил к выполнению задания. Я вышел на крыльцо ресторана. Вдохнул тяжёлый и тёмный воздух. Луна пряталась за зданием почтамта. Огни разгоняли тьму. Время на часах подбиралось к полуночи. Но ни смотря на холод и ночь улицы города заполняли люди. Они праздновали. Некоторые уже с трудом стояли на ногах, а для других вечер только начинался.

Непонятная тревога гнездилась в груди. Наступление бури. Вспомнилось как мы ездили отдыхать на море.

Родители притащили нас на Канарские острова, оставили в отеле, а сами укатили куда-то. Оставив меня приглядывать за ещё диковатой Женей.

В гостиной нашего номера имелось огромное панорамное окно. Я сидел читал привезённую с собой книгу, а моя подопечная шаталась у окна.

— Ты чувствуешь? — вдруг обратилась она ко мне.

Я прислушался, но ничего не услышал.

— Да, нет же. Нужно попытаться почувствовать! Сегодня что-то будет!

Её белое, слегка обожжённое ярким солнцем лицо горело в предвкушении.

Два ярких багрянца поселились на щеках. Она напряжённо смотрела в окно, и стояла так близко, практически лежала на нём.

— Я ничего не чувствую. — пожал плечами я.

Она обернулась, посмотрела на меня долгим, серьёзным взглядом и коротко кивнула.

— Да, и в этом проблема.

За окном грохнула какофония звуков. Я вскочил, опасаясь за безопасность Жени. По стеклу застучало. Крупные капли соскальзывали вниз с невероятной скоростью. Женя уставилась в окно, её рот округлился, а глаза превратились в огромные блюдца.

Ливень обрушился на острова.

Мы стояли рядом, она любовалась буйством природы, а я смотрел только на неё. На её распущенные, дикие волосы, цвета огня. И глаза, чистое, расплавленное золото с переливающимися крапинками. Она вдыхала чистый, прохладный воздух, переплавляла его в восхищение и выдыхала. И я старался поймать его, но оно безвозвратно рассеивалось.

— Потрясающе.