— Ну, никогда не знаешь, когда повстречаешь на своем пути любовь всей своей жизни, и стрела Амура прострелит тебе сердце и яйца, — извергает этот долбонутый философ и снова ржет.
— Да иди ты, придурок.
Мы сидим с ним еще пару часов, пока друг не начинает явно клеить мимо проходящих девок и не цепляет себе самую желанную на этот вечер и ночь.
Я получаю сообщение от Ники, что она поехала домой совсем без сил. Они усиленно готовятся к какому-то фестивалю, поэтому работают на износ. Решаю дать ей сегодня выходной от наших изматывающих ночей и съездить переночевать к родителям.
Глава 37
Кирилл"
"Вызываю такси, раз уж выпил, не сажусь сам за руль. Для меня это железное правило. Еще давно в подростковом возрасте дал несколько обещаний матери на ее слезные просьбы, такие, как, например, никогда не пробовать наркотики, не садится за руль пьяным и все тому подобное, что касается моей жизни и моего здоровья. Не смотря на юный возраст, я уже тогда понимал, как она любит своего единственного сына и как для нее это важно.
Я ее тоже очень люблю и никогда не хочу расстраивать, поэтому, как дал слово, так до сих пор его никогда не нарушил и не нарушу. В наших кругах это большая редкость, когда родители ладят с детьми, а дети с родителями. Мне повезло, меня очень любили с самого детства. Особенно мама. Я очень хорошо помню, как она не отходила от моей кроватки, когда я болел, никогда не доверяла меня няням, всегда все сама. Даже к любимой работе она вернулась только тогда, когда я уже достаточно повзрослел и не так часто нуждался в ее внимании.
Сначала большую часть дня меня занимали педагоги, но и тогда мама какое-то время сидела поблизости, вроде занималась своими делами, но прислушивалась и была в курсе всех моих достижений. Потом я пошел в школу, и мне самому хотелось больше свободного пространства. Мама быстро это поняла и вернулась к работе окончательно. С отцом отношения складывались не так гладко. Он не одобрял маминой гиперопеки надо мной и постоянно обвинял ее в том, что она вырастит маминого сыночка.
Она расстраивалась, закрывалась в комнате и долго плакала. Я знал об этом и потом очень злился на отца. Никогда не мог видеть ее слез и до сих пор не могу.
Потом мама смогла отпустить ситуацию и дать мне больше свободы. А в подростковом возрасте, когда взрослеющий организм требует приключений на одно место, со слезами на глазах попросила меня пообещать ей несколько важных для нее вещей.
