Ненавижу. Скучаю. Люблю

Вот и чего так смотрит, с такой щенячьей нежностью.

— А ты тоже пришел книги купить по скидке? Знаешь, сегодня «Тревожные люди» Бакмена по отличной цене.

— Интересная? — больше для поддержания диалога поинтересовался Антон. Отодвинулся, возвращаясь к собиранию листовок. Оставалось немного, парочку у дороги и со стороны Снегиревой. Но там она и сама их подбирала активно.

— Потрясающая! — воскликнула Юля. Да так громко, что Леваков невольно оглянулся. Карие глаза девчонки переливались янтарными бликами, то ли от солнца, которое все еще не село, то ли потому, что вся она казалась, светилась.

— История о человеколюбии. Знаешь, после этой книги я задумалась. Нет, конечно, и до этого у меня были похожие мысли на сей счет. Но после книги они стали более ясные. Говорят, человек может казаться плохим, до тех пор, пока ты его не узнаешь хорошенько. А ты как думаешь?

— Не знаю, — честно ответил Антон. Он и правда, не знал, не задумывался даже о таком. Просто делил мир на черное и белое, как и все, наверное.

— Знаешь… — начала она вдохновленно.

— Вот, — Леваков протянул стопку флаеров. Юля подняла голову, хлопая ресницами. Она вдруг показалась ему хрупкой, маленькой и очень уязвимой. Странное чувство, необъяснимое.

— Спасибо большое, — Снегирева взяла листовки, и снова улыбнулась.

— Ну, бывай, — махнул он рукой, развернулся и пошел в сторону книжного. Спина горела, видимо Юлька смотрела ему вслед. И чем он ей вообще приглянулся. Странная она, эта белобрысая девчонка.

Книжки, которую заказывала сестра, в магазине не оказалось. Пришлось заехать в еще один. Из-за этого мать начала названивать, понимаешь ли, гости уже приехали, а главного виновника торжества нет. Вообще Антон не любил эти сборы, тосты, подарки, фальшивые лица. В высшем обществе нет искренности, там принято носить маски, любить тех, кого ненавидишь, и иметь связи.

Это только говорят, с золотой ложкой во рту просто. Нет, ничего простого. Одни сплошные проблемы. Вот и сегодня вечер из прекрасного превратился в проблему.

Сперва сыпались вопросы, пожелания прекрасного будущего, а потом Антон сцепился с Максимом, сыном судьи. И не просто сцепился, умудрились проехаться друг другу по лицу. Потому что Макс с пацанами за углом обсуждал Надю, сестру Левакова. Говорил, ставит сотню, что нагнет ее, и прочие гадости.

Конечно, родители по головке не погладили за доблестный поступок. Отец отчитал, не при всех, а после, когда гости разошлись.