Ненавижу. Скучаю. Люблю

Я тут же опомнилась, отпустила руки с его талии и быстро слезла с мотоцикла, а затем и скинула шлем.

— Дальше пешком? — тихо спросила, продолжая любоваться высокими массивными деревьями.

— Ага, тут идти минут десять от силы. Ну и вид красивый открывается, на город. Лучше уж пешком.

— Ясно, — я кивнула, положила аккуратно шлем на байк, и, сжав лямку рюкзака, пошла прямо, в сторону тропинки, которая вела, судя по указателю, в тот самый храм. Тропинка оказалась узкой, она проходила змейкой, оставляя с одной стороны лес, а с другой обрыв, и вид на город.

— Снегирева, — крикнула Антон. Я тут же остановилась, словно по стойке смирно. Выпрямила плечи, и глянула в его сторону. Кажется, атмосфера природы слишком завораживала.

— Ты… ты тоже идешь?

— Ну да, — усмехнулся Леваков, догоняя меня.

Мы прошли буквально минут пять, пробираясь сквозь траву по колено и колючие ветви растений, которые то и дело задевали ноги. А потом я остановилась, разглядывая вдали разноцветные крыши. Отсюда они казались картонными, игрушечными домиками.

Правей виднелись три пики горы. Ярко-зеленые. Словно покрытые пушистым ковром.

Я подняла ладонь к небу, сомкнула пальцы, а потом резко открыла их, и, прищурившись, начала вглядываться в голубые облака.

— Мама так всегда делает, — произнес Антон. Когда он только успел подойти настолько близко, что едва не прижимался спиной ко мне. Затем и вовсе наклонился, сказал за маму. Может надо было найти в этом какой-то скрытый смысл, но я пропустила реплику мимо ушей.

Потому что думала только о шее, которую опылял жар, исходящий от заветной близости. Сердце забилось быстрей, будь его воля, оно бы совершило кульбит. По венам разлилось тепло, однако я старательно делала вид, будто мне все равно. С губ слетел быстрый вздох, затем я опустила руку, продолжая стоять неподвижно, и разглядывать белые облака.

— Загадывала желание, подняв ладонь к небу. Ты, кстати, что загадала? — Леваков почти шепнул на ушко мне вопрос. Мамочки. Как же близко. Какой томный у него голос.

И какое все-таки у него горячее дыхание. А еще парфюм, так бы и вдыхала нотки древесины с примесью лайма.

— Ты не знал, что свои желания раскрывать нельзя, иначе не сбудутся? — я сделала шаг вперед, стараясь вернуть расстояние, между нами. А затем и вовсе начала двигаться по узкой тропинке. Хватит стоять, иначе у меня начнется тахикардия.

— Знал, что, если хочешь пожелать человеку самого-самого, надо записать его имя. В храме как раз можно.

— Узнаешь.