Ненавижу тебя, сводный брат!

Пока мылась, прокручивала в голове встречу с Арсланом, наш разговор. Он все же не отдалился от меня, получив свое. Не бросил, хотя возвращение сюда явно принесло ему неприятности…

Выхожу из ванной, и шокированно замираю на пороге своей комнаты. Меньше всего я ожидала, что Арслан может появиться вот так! Сидит преспокойно в кресле возле окна. Комната утопает в полумраке, горит только торшер в углу, поэтому не могу видеть выражения его лица.

Пальцы нервно сжимают полотенце. Я не готова появиться в таком виде перед ним.

Обнаженная, без какой-либо защиты, неподготовленная к разговору.

Хотя, вряд ли он пришел поговорить.

Кровь бросается в лицо, а низ живота начинает сладко ныть. Боже, несмотря ни на что, я хочу его даже сейчас. Когда нахожусь в трауре, когда дома полно народу. Нет, я не могу так! Не в этом доме, где нас могут застукать, услышать, где сейчас гостит моя бабушка, это уже совсем за гранью приличий.

— Зачем ты пришел? — мой голос дрожит. — Разве ты не понимаешь, если кто-то заметит, что выходишь из моей комнаты… Твой отец…

Меня душат страх и ярость.

Как он мог не подумать об этом?

— Успокойся. Нам надо поговорить, я подожду пока оденешься.

Спокойный, лишенный эмоций голос. Может быть, немного усталый. Почему-то, вместо того чтобы успокоиться, наоборот, чувствую всплеск ярости.

— Может ты и пришел чтобы лишь поговорить, но расценят это иначе! И ты это понимаешь! Просто тебе плевать, что будет дальше! Ты ведь уезжаешь…

Да, именно это мучает меня и разъедает душу. Мысль, что снова бросит меня без сожалений.

О чем нас разговаривать, если Арс непонятно сколько времени проведет в Лондоне, или еще где-нибудь за границей?

Или, может быть, меня взбесило то, что стою перед ним практически обнаженная, дрожащая, а он не делает ни малейшей попытки коснуться. Видимо, я уже не интересна ему в этом плане.

— Нам не о чем разговаривать, — до боли прикусываю нижнюю губу, чтобы сдержать рвущиеся наружу слезы. — Ты получил что хотел…

— Да что ты говоришь? — в голосе отчетливо прорезаются опасные нотки.

 — Ты, оказывается, эксперт по моим желаниям? Может тогда и мне откроешь эти секреты? Так чего я хотел?

Конечно, он уверен, что я засмущаюсь и отступлю. Не произнесу вслух то что крутится в голове. Но я слишком зла, чтобы смущаться.

— Ты хотел поиметь меня. Все закончилось, как только мы…

У меня не хватило сил произнести грубое слово. Зато Арслану далось легко. Вонзаю ногти в ладонь, сжимая кулаки, испытывая отчаянное желание ударить его.