Ненавижу тебя, сводный брат!

Домой я приезжала только поспать, но конечно, и Дамиру продолжала уделять достаточно времени. Мы не раз сталкивались с Саидой в детской. Сначала меня это пугало, но потом я заметила, что девушка проявляет к малышу добрые чувства.

Это радовало. Как ни крути, родственные связи невозможно отбросить. Я очень радовалась, что Саида приняла ребенка как данность. Не пыталась на нем отыграться за ошибки своих родителей. Он ведь ни в чем не виноват.

Но к себе я не ждала перемены отношения. Каково же было удивление, когда воскресным утром Саида предложила выпить кофе!

— Я хочу извиниться, — произносит, подавая мне кружку с ароматным капучино.

— Ты не должна… — замираю смущенно. Совершенно не ожидала такой перемены.

— Знаю, что не должна. Не перебивай меня, пожалуйста. Я чувствую такую потребность. Это очень мне нужно. Я прекрасно понимаю и с самого начала знала, что ты ни при чем. Мы не обязаны отвечать за поступки и грехи родителей. Но в тот момент… Я так давно не была в этом доме.

Я ведь выросла здесь с пеленок. Столько воспоминаний нахлынуло. Детство, радость, родители. Безмятежность. Я не соображала что несу. Хотела выплеснуть боль. Прости меня. Отец правильно меня наказал.

С того дня мы стали понемногу общаться, в основном о Дамире. Играли с ним вместе, гуляли. Саида пригласила меня в кафе, и я согласилась. Очень радовалась, что мы наладили общение. Близкими подругами мы вряд ли станем, но доброе отношение друг к другу очень радовало. Конечно, меня очень пугала мысль, как поведет себя девушка, узнав обо мне и Арслане.

Саида очень трепетно относилась к брату. Всегда говорила о нем с любовью и гордостью. Очень скучала по нему, ждала его возвращения не меньше моего. Постоянно ныла, доставала отца, что тот удерживает Арса в Лондоне. Просила позволить ему вернуться…

— Я понимаю, что не имею права просить тебя ни о чем, — голос Саиды звучит тихо и жалобно. — Но это правда очень важно для меня. Если ты пойдешь со мной — отец наверняка разрешит.

Одной — ни за что не позволит.

Саида в последнее время ведет себя странно. Часто застаю ее заплаканной, ходит по дому мрачнее тучи. Никуда не выбирается. Впрочем, мое существование тоже не назвать светским. Работа-дом. Еще и подозрения, лишающие сна. Которые гоню от себя, но полностью избавиться от них не получается.

— С чего ты взяла, что со мной будет иначе? — пожимаю плечами. Мне совершенно не хочется никуда выбираться субботним вечером.