Ненавижу тебя, сводный брат!

Но он тоже осознает, что поговорить придется.

Сколько себя помню, Фарид Эстемиров всегда с должным уважением относился к физической силе, к наказаниям. Возможно именно такое воспитание привело меня в подпольный бойцовский клуб. Я пришел в «Бездну» еще прыщавым подростком пятнадцати лет. Это было наивно как минимум. В «Бездне» всем было наплевать кто твой папаша, сколько у него денег. Имели значение только сила и выносливость. Для начала полгода я драил ринг от крови, пока один из старых бойцов, карьера которого двигалась к закату, взялся меня тренировать.

Было много боли, сплошная боль. Так что по прошествии лет то что творил папаша уже вообще не воспринималось никак.

Фарид вырос в мире насилия и не умел иначе. Когда я стал сильнее его физически, методы воспитания остались те же, только появились для этого наемники.

Даже лестно, что уже четверых на меня одного надо.

Нельзя сказать, что такой вид наказания случался часто. Нет. Достаточно редко. Это, пожалуй, всего третий раз.

Я даже заслужил в какой-то мере.

Хотя, если ее мамаша легла под женатого отца семейства, значит и дочь такая.

— Ты больше не приблизишься к этой квартире, Арслан. С Мариной я тоже сам разберусь. Тебя ничего из этого не касается, понял меня?

— Более чем. Ты умеешь объяснять доходчиво, — снова сплевываю кровь. — Ты хоть понимаешь, что она хотела, чтобы это дошло до матери? Неужели тебе настолько наплевать на нее? — не получается удержаться от этих вопросов.

— Ты прекрасно знаешь, что я люблю Хурию. Не смей мне предъявлять подобное! Я делаю все, чтобы твоя мать вылечилась. Трачу огромные средства.

— Но и на любовниц денег не жалеешь.

— Я человек, грешник, да! Чего ты от меня хочешь? Чтобы евнухом стал? Отшельником? Твоей матери давно не до меня. Ты об этом прекрасно знаешь.

Он еще и сочувствия от меня ждет? Снова начинаю закипать. Отец, как любой богатый человек, обличенный властью, упрям и эгоистичен. Но можно хотя бы не с сыном свои нужды обсуждать? Да, мама сильно ушла в себя в последнее время.

— Короче, Арслан, ты забываешь о том что произошло.

— Хорошо. Я просто подумал, может мне извиниться перед девушкой, которую я напугал?

— Напугал? Ты, сволочь, ее чуть не изуродовал! У нее пол лица опухло, фингал под глазом! — рычит отец.