Ненавижу тебя, сводный брат!

— Ужин через час, — коротко информирует Зухра.

— Если вам что-то понадобится, вот кнопка вызова персонала, — женщина указывает на место возле кровати.

— Если вам нужно помочь разобрать чемодан, оставьте его, прислуга это сделает, пока вы будете на ужине.

— Нет, спасибо, я сама все разберу. У меня совсем немного вещей, — киваю на свой рюкзак. Наряжаться в этом доме точно не планирую. Скорее выспаться, позаниматься, поплавать в бассейне и как можно скорее вернуться домой.

Здесь все слишком пафосно для меня.

Если так, то вряд ли со стороны жены Эстемирова. Вряд ли родной человек позволял бы так обращаться с женщиной из своей семьи. Впрочем, кто знает, что за ситуация у Фарида, может его жена сама хочет избавиться от него?

Быстро принимаю душ, чтобы освежиться. Вытираюсь, достаю платье. Вечерним его можно назвать условно. Простое, кремовое. Мне в нем комфортно, считаю, что подходит на все случаи жизни. Я взяла еще колье, которое подарила мне Софья, привезла из путешествия в Албанию.

Кручусь перед зеркалом во всю стену. В комнату входит мама.

— Так и знала, тебе нельзя доверить выбор платья, — говорит укоризненно.

Подходит ко мне, на ее руке висит что-то темно-синее, кружевное.

— Поэтому, решила позаботиться об этом сама.

— Мам, я не хочу наряжаться.

— Моя дочь должна блистать, я очень этого хочу. Пожалуйста, Ульяна, не спорь. Этот вечер очень важен для меня.

В конце концов, решаю быть сегодня максимально послушной. Примеряю синее платье. У него довольно-таки открытая спина, кружевные прозрачные рукава, зато длина приличная, почти до колена.

— Оно очень красивое, — говорю искренне.

Собираю волосы в хвост, косой пробор, добавляю немного румян на щеки.

Все, вполне достаточно ухищрений.

— Вот теперь ты выглядишь просто изумительно дорогая, — довольно улыбается мама, глядя на меня в зеркало. Обнимает меня.

— Ты тоже выглядишь замечательно.

Это правда. На маме кремового цвета, расшитое стразами платье в пол. Очень ей идет, делает моложе, кожа сияет, глаза блестят. По уши влюбленная и счастливая женщина. У меня мелькает мысль, что все-таки любовь — это очень мощное средство, которое делает человека совсем другим.

Увы, я вряд ли смогу заставить себя полюбить Фарида, но если мама счастлива, наверное я должна его принять. Смириться. Такой счастливой я мать и не помню.