Ненавижу тебя, сводный брат!

Нельзя показываться ей в таком состоянии. Главное, чтобы она ни о чем не узнала. Мы все решим. Потом.

— Как? Как ты решишь? Разве что киллера нанять и грохнуть эту бабу!

— Саида, прекрати. Не говори таких вещей.

— Но Арс… Мне так жаль маму!

Что ответить сестре? В глубине души, как бы ни презирал Нелли, я понимаю, что дело не в ней. Отец всегда изменял матери. Была целая вереница любовниц. Короткие связи, или наоборот, долгие. О некоторых мать узнавала, устраивала скандалы, рвала волосы. Один раз, в детстве, я был свидетелем такой стычки.

Мама прямо на улице набросилась на женщину, надавала той пощечин. Бедняга упала на землю, рыдала, закрывала лицо. Это было в родном городке, в горах, где все друг друга знали. Страшный позор для семьи, маму тогда еле оттащили, рядом оказался дальний родственник, он увел нас с улицы.

Да, отец никогда не был верным. Но сейчас, когда мама на грани жизни и смерти, предательство выглядело особенно чудовищным.

В реабилитационный центр, расположенный в ста километрах от МКАДа, мы добрались спустя три часа.

Я как обычно сразу отправился к лечащему врачу. Прогнозы здесь озвучивали крайне осторожно, да я и не просил никакой конкретики. Главное убедиться, что матери оказывают максимальное внимание, что у нее все есть.

Место здесь очень дорогое, но оно того стоит. Похоже на пятизвездочный отель. Все возможные виды сервиса. Все самое лучшее. Очень большая и красивая территория.

— Ты выглядишь замечательно, — поправляю плед. Мы расположились в зимнем саду, здесь прохладно, но в то же время комфортная температура.

За окнами промозглый серый день, туманный, вязкий. Внутри — фонтаны, много зелени, скамейки, велосипедные дорожки. Мама сидит на диване-качелях, под пушистым пледом, рядом с ней Саида, прижалась как котенок, свернувшись клубочком.

— Спасибо, милый. Знаю, что это ложь, но все равно приятно, — улыбается нежной улыбкой.

— Она все знает, — говорит во время обратной дороги Саида. — Спрашивала, как выглядит эта стерва… Хочет увидеть фотографию.

Я не могу так больше. Хочу рожу расцарапать этой Нелли! Если мама еще и о беременности узнает, это ее убьет!

— Успокойся. Она сильная, справится. Даже без отца можно жить счастливо.

— Давай уедем из нашего дома. Пусть один останется! — горячо восклицает сестра.

— Хочешь оставить все Нелли? Серьезно? — усмехаюсь. — Это ее точно порадует.

— Он никогда не приведет ее к нам в дом! Не посмеет!

Я совсем не был в этом уверен. Отец словно совсем с катушек съехал.