Ненавижу тебя, сводный брат!

Конечно, мы давно дружим, и я ничего от нее не скрываю, но сейчас ощущение, что напоказ вывалили самое грязное белье.

Софья не вмешивается, стоит деликатно в стороне. Дима хватает меня и начинает трясти как куклу. Затем впивается в губы грубым поцелуем, от которого начинает к горлу подниматься тошнота.

— Отпусти меня! — вырываюсь. Софья подлетает, начинает оттаскивать от меня Диму, и он вдруг наотмашь бьет ее по лицу.

— Ты совсем с ума сошел? Придурок ненормальный, — бросаюсь к упавшей на снег подруге. — Урод!

— Пошла ты! — пошатываясь, Дима идет обратно к дверям клуба.

Уже бегут охранники, но он останавливает их, раскинув руки в стороны. — Все в порядке, пацаны. Идем снова гулять. Там полно куда более приятных девушек, чем эти.

— Ты в порядке? — всхлипнув, спрашиваю Софью. — Ужас просто. Я его никогда настолько пьяным не видела.

— М-да, плохо наш город действует на столичных, — хмыкает Софья. — В порядке, но фингал, кажется, заработала. Вот почему у тебя все так, Михалина? Сплошные американские горки, даже когда в глубинке тусишь? То в белье тебя на улицу, то в сугроб мордой.

— Прости… я не понимаю, что на него нашло. Мне ужасно стыдно!

— Успокойся, ну нажрался чувак, с кем не бывает. Может даже хорошо, что ты до свадьбы его таким увидела.

— Какая тут свадьба… Он меня считает охотницей за мажорами. Я и подумать не могла…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Помогаю подруге подняться. Вызываем такси, едем к ней домой. Я сказала бабушке, что сегодня ночую в гостинице.

Тамара Сергеевна была явно недовольна, но промолчала. Я думала эта ночь будет нашей с Димой. Первой ночью. Меня тронуло как он старался, дрова, обед у бабушки. Но, по-видимому для Емельянова стало перебором.

Остаюсь ночевать у Софьи, объяснять бабушке почему планы изменились совсем не хочется.

— Слушай, Уль, не переживай так, еще помиритесь, — успокаивает меня подружка, наливая чай. Сначала по очереди принимаем душ, мне выдают теплый халат, Софья — в таком же.

Устраиваемся на кухне, за столом. Совсем как в старые добрые времена, когда учились в школе. Иногда ночевали друг у дружки, болтали ночи на пролет. Отец у Софьи — военный, часто ходит на ночные дежурства. Мама ушла к другому мужчине, давно уже. Так что дома мы одни.

Я совсем не уверена, что хочу мириться с Димой. С меня словно упали розовые очки. Мне больно. Так резко и неожиданно снова осталась одна. Теперь выносить нападки Арслана будет еще тяжелее.