Я тут подумал…
Вот когда так начинают, обычно ничем хорошим эти “думы” не заканчиваются.
— …и решил, что тебе уже тяжело самой здесь тут все содержать.
Закатываю глаза: ну какой же он лицемерный гад!
— Ну а поскольку я скоро и так стану хозяином, — он откашливается и совершенно спокойно продолжает: — Не думаю, что тебе еще долго осталось… Так вот. Я решил переехать сюда. Так что после твоей смерти у меня получится быстро разобраться со всеми бумагами.
В этот момент мне очень и очень жаль, что кочерга осталась у печки, потому что желание врезать ему по темечку возрастает с каждым словом в геометрической прогрессии.
Гадина такая, а?
В ответ на эту длинную мысль наступает тишина. Я даже начинаю переживать, как там Лира, все ли с ней в порядке. Но нет, в ней точно не стоит сомневаться.
— Увы, — ледяным тоном отвечает она. — Я больше здесь не хозяйка.
— Что, ты уже мне готова передать дела? Да я только за! — столько энтузиазма и алчности в голосе, что я мгновенно понимаю: он не отступится даже в случае поражения.
— Нет. У поместья теперь другой хозяин, — в звенящей тишине произносит тетушка Ли.
Глава 16. О силе слова"
"Тут Рудвер взрывается:
— Ты с ума свернула, старуха?! Я тебя сейчас!
Слышу грохот стула и понимаю, что все, теперь медлить нельзя.
— Не в моем поместье, — я вхожу в кухню.
Лира уже на ногах, но на трость не опирается, держит ее перед собой как защиту. Племянничек стоит с занесенной рукой. Ну немая сцена как она есть.
— Ты еще кто такая? — рычит Рудвер, переводя на меня взгляд красных глаз.
— Новая хозяйка поместья, — говорю я спокойно. — У вас есть ко мне какие-то вопросы?
— Ты… Ты…
— Вообще-то, “вы”, — поднимаю бровь. — И советую хорошо подумать, прежде чем мне что-то сказать. Потому что вы сейчас у меня в гостях. Да, именно в гостях. Но привечать у себя нахлебников я не намерена. Если вы хотите здесь жить, как заявляли об этом, то вам придется работать. Но вам очень повезло, работы тут много, я найду вам подходящую.
Теперь краснеют не только глаза Рудвера, но и все лицо, и даже шея. Он, наконец-то, опускает руку и переключает все внимание на меня.
— Откуда ты взялась, пигалица тощая? Да я тебя сейчас…
Ну да, я поняла, решать проблемы мы умеем только рукоприкладством и никак больше.
— Выметайся с моей земли, иначе прокляну! — я опускаю подбородок и прищуриваюсь.
Это сбивает его пламенный настрой, он даже притормаживает, чуть ли пятиться не начинает.
