Ненужная мама. Сердце на двоих

Провожу рукой по ровной спинке от поясницы вверх, очерчиваю пальцами молнию на ее вечернем платье, подцепляю бегунок, спрятавшийся под копной волос.

- Ну, хватит, - шипит на меня, как потревоженная кошечка, и накрывает мои губы ладонью. – Достаточно на сегодня серьезных разговоров. Лучше помолчим вдвоем.

Усмехнувшись, целую пальчики, спускаюсь к тонкому запястью, на котором поблескивает серебряный браслет, что я сегодня подарил ей в ресторане. Толком не помню, как... В перерывах между поцелуями. Точно неромантично, потому что нервничал, но Вика засияла и смутилась.

Кажется, ей понравилось. Давно заметил, что она носит только серебро, поэтому и подобрал для нее это украшение. Теперь хочется ближе и подробнее узнавать любимую женщину – и радовать ее каждый день, наверстывая упущенное.

- Я просто хотел сказать, что люблю тебя, - прикладываю ее руку к своей груди, фиксируя на уровне сердца. Чувствую, как дрожащие пальцы неловко сминают хлопок рубашки. - И больше не отпущу.

- М-м, хорошо, это можно, - соблазнительно облизывает губы, заигрывая со мной.

Нежно целует меня, замирает в паре миллиметров от моего лица и, отбросив несвойственное ей кокетство, вдруг просит серьезно: - Не отпускай, пожалуйста.

- Клянусь, - произношу незамедлительно и с полной уверенностью.

Впиваюсь в сочные, приоткрытые губы, изогнутые в улыбке, съедаю сдавленный стон, от которого срывает крышу. Неистово дергаю зажатый между пальцами бегунок, нетерпеливо тяну вниз, рискуя порвать молнию.

Добравшись до обнаженной спины, я будто получаю высоковольтный удар током, что пронзает весь организм, но продолжаю поглаживать ладонью покрывшуюся мурашками, чувствительную кожу.

Вика вздрагивает от моих прикосновений, дышит часто и сбивчиво, пока я исследую каждый сантиметр ее идеального тела. Осознаю, что в наш первый раз я толком не раскрыл эту женщину. Это было похоже на помешательство. Я так спешил сделать ее своей, что потерял рассудок. Как раненое животное, искал в ней исцеление, хотя тепло и поддержка нужны были ей самой.

Сейчас все должно быть иначе.

- Ты моя женщина, Вика, - порывисто выпаливаю, покрывая ее шею и плечи поцелуями. Застонав, откидывает голову, открываясь мне, и хаотично скользит ладонью по моему затылку. - Последняя. Никто, кроме тебя, не нужен, веришь?

- Верю, - шепчет после паузы, а сама плачет. Пышная грудь лихорадочно вздымается, пока я добираюсь до декольте и борюсь с неудобным корсетом.